— Соображаешь, — похвалил меня Макс. — Ну, этот чемпион по покеру тоже не дурак оказался, он сразу же вызвал такси и укатил в аэропорт, а там взял билет на ближайщий рейс и улетел в столицу Грузии.

— А из нее он запросто мог улететь еще куда-то, с миллионом-то долларов не проблема в любой загранице прекрасно устроиться! — подала голос Трошкина.

— Нет, я выяснил, у него не было визы, чтобы лететь в приличную заграницу, а наземным транспортом из Грузии уехать, конечно, можно, но только в такие страны, куда соваться не особо и хочется.

— На месте этого парня я бы задержалась в Тбилиси, чтобы открыть счет в солидном европейском банке, — задумчиво молвила я. — Я видела, тут есть такие. С личного счета никто, кроме него самого, денежки уже не снимет, это в большой степени обезопасит парня от бандитов. А вот потом я через российское посольство решила бы вопрос с визой…

— Отличный план, — одобрил Смеловский. — Видишь, ты уже пунктирно наметила места, где имеет смысл поискать миллионера Карякина.

— А что нам за это будет? — спохватилась я.

— Найдите его, договоритесь об участии в телешоу, хотя бы не в эфире, а в записи, и я подпишу с вашим «МБС» годовой контракт на интернет-рекламу, указав тебя и Алку как агентов, которым причитаются пятнадцать процентов от суммы сделки!

— Ого! — обронила Трошкина, имеющая представления о бюджетах телевидения.

— Мы согласны! — постановила я. — Пришли все, что у тебя есть на этого парня, и мы попробуем его найти.

— Кстати, Максимушка, а он женат, этот миллионер Корейко? — спросила Трошкина, подтолкнув меня локотком.

— Карякин, а не Корейко. — Смеловский погрозил Алке пальцем. — Но-но, Трошкина! Я знаю, о чем ты подумала, но не смей сватать за моего миллионера свою подружку, рано или поздно она выйдет замуж за меня!

— Вот ты нахал, Максимка! — фыркнула я, но Смеловский уже отключился, и я сменила собеседника. — Вот ты нахалка, Алка! Прекращай уже меня сватать, я не безнадежная старая дева, у меня еще Кулебякин есть!

— Ты уверена?

Я промолчала.

Воскресенье

— Просниссссссь…

Свистящий шепот ветерком пронесся по моей спаленке, холодной лапкой коснулся щеки, разбудил.

— Всссставай…

— Проклятьем заклейменный, — пробормотала я.

Полноценно выругаться было лень — ужасно хотелось спать, но Трошкина в белом шелковом пеньюаре реяла у моей кровати приставучим привидением.

Чутье подсказало мне, что пытаться выбить Аллочку за дверь подушкой не стоит — либо я спросонья промахнусь, либо получится шумно, а беспокоить семейство не в моих интересах. Мы, Кузнецовы, паталогически любопытны: мамуля, папуля и бабуля с готовностью пробудятся по тревоге, и тогда ночному отдыху придет полный капут.

— Чего тебе надобно, Алка? — поинтересовалась я неласковым тоном замученной плохо сформулированными запросами Золотой Рыбки.

— Вставай! Смеловский прислал фото Матвея Карякина!

— Сейчас поздняя ночь! — шокировалась я. — Макс с ума сошел?!

— Сейчас половина пятого, это уже не поздняя ночь, а ранее утро, — возразила Трошкина.

Я внесла поправки:

— Сейчас половина пятого! Вы с Максом с ума сошли?!

— Ой, перестань капризничать. — Алка плюхнулась на кровать — я едва успела поджать ноги. — Макс пишет, что родные пропавшего Матвея Карякина очень обеспокоены, это у них он разжился фотографиями.

— Макс и их разбудил?

Я было посочувствовала этим Карякиным, но Алка сообщила:

— Нет, во Владивостоке уже половина десятого.

— Искренне завидую жителям Владивостока, — язвительно проворчала я. — Может быть, ты тоже подождешь до половины десятого?

— Тебе разве не интересно увидеть фото долларового миллионера? — Трошкина зашла с другой стороны.

— Ладно, показывай.

Я зевнула, протерла глаза и села, заглядывая в планшет поверх тощего плечика подружки.

— Вот! — Алка открыла фото в приложении.

— Так себе, — постановила я, рассмотрев вихрастого долговязого парня в нелепом пиджаке с широкими плечами.

— Погоди, тут у нас еще не кондиционный миллионер, это Матвей на школьном выпускном. — Алка чиркнула пальчиком по экрану, меняя фото. — А это он в полевой экспедиции на третьем курсе геофака. А это его свадьба, смотри, какой веночек у невесты смешной, хотя это неважно, они уже развелись…

— А фотографии Матвея в пеленках или на горшке не нашлось? — спросила я желчно.

— Нет, Карякины не весь семейный альбом отсканировали, — хихикнула Трошкина и вывела на экран последний снимок.

— О! Это же наше казино! — Я узнала здание по примечательному сочетанию псевдомраморных колонн, стилистически чуждых им стеклянных стен и множества электрических гирлянд, густо оплетающих фасад на манер векового плюща.

— Свежая фоточка, Матвей сделал селфи для мамы накануне чемпионата, — кивнула Алка.

— Слушай, какая физиономия знакомая, — протянула я, созерцая круглое и сияющее, как намасленный блин, лицо упомянутого Матвея. — Где-то я его видела?

— Где? Ну-ка, вспоминай!

— Не помню.

— А с чем ассоциируется?

Я подумала:

— Почему-то с тобой…

— Быть того не может, я эту физиономию в первый раз вижу! Точно, у меня идеальная память на лица!

— Тогда с твоей работой в психоневрологическом диспансере…