Читаем Шелковые узы полностью

Анри узнал, что в ту ночь были ранены три человека и еще шестнадцать арестованы. Некоторые сидели в общей камере, где он провел первые несколько дней. Заключенные шептались о «смертном приговоре», но юноша старался об этом не думать. Месье Лаваль тоже делал попытки успокоить его. У Анри был хороший характер, и он никогда не был замечен в противоправных действиях, поэтому то, что он оказался среди протестующих, нельзя рассматривать как уголовное преступление.

Друзья из французской церкви приносили ему еду, воду и чистую одежду, уверяя юношу, что его скоро выпустят. Они даже собрали денег, чтобы его перевели в камеру-одиночку. Анри был очень благодарен им за это. По крайней мере, теперь ему не надо было опасаться нападения других заключенных и он мог нормально общаться с посетителями. Также теперь исчезла угроза того, что кто-то может украсть у него одеяла и одежду.

Несколько дней спустя к Анри пришел юрист. Этот человек в своем парике, модном шелковом костюме и белых рейтузах выглядел в тюрьме нелепо. Он признался, что не является практикующим адвокатом, и, хотя разбирается во французском законодательстве, ему, возможно, понадобится изучить также хитросплетения английских законов. Целый час юрист расспрашивал Анри о событиях той ночи: с кем он был, что видел, кто что делал и говорил и когда точно он пошел в проулок.

Анри настолько поразили события той ночи, что он едва мог что-то вспомнить. Следующие несколько дней он провел, пытаясь сосредоточиться. Юноша записал все свои скудные воспоминания, поэтому, когда юрист вернулся несколько дней спустя, Анри поведал ему более связную историю. Юрист, по всей видимости, решил: если им удастся найти того мужчину или шлюху и кто-нибудь из них согласится дать показания, они смогут доказать, что он не заходил в «Дельфин». Тогда, возможно, с него снимут обвинения. Анри понял: его свобода и даже жизнь зависят от показаний двух незнакомцев, которых едва ли удастся найти. Мысль об этом не давала ему покоя.

У юноши часто менялось настроение. Он то пребывал в унынии, то ощущал неожиданный прилив сил. Парень уже столько пережил в жизни, поэтому был уверен: его добрые друзья обязательно позаботятся о том, чтобы он не разделил судьбу Ги. Однако ночью его начинали душить сомнения, словно ядовитый туман, и он дрожал от страха.

Сложнее всего Анри приходилось, когда его посещали мать или месье Лаваль. Выражение разочарования и печали на лице хозяина и обеспокоенность Клотильды были почти непереносимы. Они пытались подбодрить его, но стыд мешал ему нормально разговаривать, не говоря уже о том, чтобы воспринимать их слова. Месье Лаваль сказал: Мариетта извела его, прося разрешения посетить Анри, но он отказал ей, потому что это могло ее расстроить. Хозяин достал из кармана записку, которую Анри открыл после его ухода. Прочитав ее, парень разрыдался. Там было написано «N’oubliez pas que je suis toujours ton amie»[49].

Он был рад подмастерью Бенджамину, который принес пироги с мясом, свежие яблоки, две бутылки пива и длинный шерстяной шарф, связанный для него Мариеттой. Утолив голод, юноша начал расспрашивать мальчика о том, что происходит дома, но обычно разговорчивый Бенджамин отвечал односложно и с большой неохотой.

– Они в порядке, – сказал он. – Мы много работаем, чтобы успеть. Мастер помогает, когда может, и даже наш помощник учится ткать. Мариетта передает привет.

– А есть новости о Ги Леметре? – спросил Анри. – Его апелляцию уже передали в суд?

В полумраке камеры он заметил, как побледнел Бенджамин.

– Об этом я как раз хотел рассказать, – ответил он тихо. – Хозяин сказал, что я должен. Боюсь, у меня плохие новости. Вашего друга казнили вчера рано утром. Его повесили вместе с остальными возле «Дельфина».

Хотя Анри знал, что этим все закончится, ужасная реальность поразила его. Пиво и мясо, которые он с таким аппетитом ел несколько минут назад, застыли у него в желудке. Ги, его друг, болтается на веревке? С этим мальчиком он вместе рос, ходил в одну школу, играл, бегал за девочками, они всегда поддерживали друг друга… И теперь он мертв?

– По всей видимости, люди из «Отважного сопротивления» напали на стражников, устанавливавших виселицу, поэтому власти решили провести казнь на рассвете, чтобы избежать насилия. Когда об этом стало известно, там собралась огромная толпа.

Анри вспомнил осужденного, которого видел с месье Лавалем. Тот человек был смелым, он улыбался, даже несмотря на то что был прикован к собственному гробу, а в него швыряли тухлыми яйцами и капустными кочанами. В последний раз, когда Анри видел Ги, друг был бледным как полотно. После прочтения приговора он упал в обморок. Как же он себя чувствовал в день казни? Немыслимо.

Анри сглотнул, сдерживая слезы. Наконец он спросил:

– Ты ходил?

Бенджамин кивнул.

– Месье Лаваль заставил меня пойти, потому что ему нужно было остаться с миссис Леметр. Им пришлось пригласить доктора, она была очень плоха. Он сказал, я должен пойти, чтобы выразить почтение от лица семьи.

Анри задал самый сложный вопрос: