Читаем Шелкопряд полностью

Он чихнул. В тот момент, когда облако дыма растаяло, «горгонья голова» отдернула щупальце.

— Ну и что теперь? — спросил из-за его спины Перес.

— Почему вы спрашиваете меня? — огрызнулся Мередит. — Я здесь не главный.

— Любопытно, — протянул Хафнер. — Полковник, а почему бы вам не попробовать выйти на лестницу?

Мередит на секунду задумался и пожал плечами.

— Хорошо. Майор, приготовьте радиошлем.

Ни тогда, когда он ступил на лестничную площадку, ни тогда, когда Барнер передал ему радиошлем, ни одна из голов даже не пошевелилась.

— Кажется, они потеряли ко мне интерес, — надевая радиошлем, заявил полковник. Теперь он находился вне досягаемости «горгоньих голов». — Будем надеяться, что их благоволение распространяется на всю компанию.

— Я очень удивлюсь, если это не так, — сказал Хафнер. — По-моему, полковник, вас объявили другом.

Мередит задумался.

— Вы полагаете, эта процедура с облаком из корицы была чем-то вроде проверки благонадежности?

— Или проверкой, или сигналом, означающим то, что вас ввели в компьютерную картотеку. Возможно, щупальце записало ваш запах, или пульс, или что-то еще.

— Нелепо, — фыркнул Мередит. — От меня вряд ли пахнет прядильщиком.

— А может, исходные данные стерлись из памяти, — предположил Николс. — И «горгоньи головы» пытаются восстановить их, используя вас в качестве образца.

— Но… — начал было Мередит, но раздумал спорить. — Ладно, тогда давайте проверим еще раз. Наверное, у подножия лестницы поджидает еще одна банда «горгоньих голов». Если они не причинят мне никакого зла, я вынужден буду согласиться с вами.

Он спустился вниз, прошел через вестибюль, обошел башню по всей окружности и стал опять подниматься по лестнице. Только тогда он убедился в правоте ученых.

Наконец он появился в командном пункте.

— Трудно поверить, — отдуваясь, сказал он. — Эти жуткие создания повели себя, как стайка домашних пуделей, — чихнули и больше не обращали на меня никакого внимания. — Он повернулся к Барнеру и махнул рукой. — Посмотрим, как они отнесутся к вам.

«Горгоньи головы» чихнули. Кончилось тем, что каждый из группы прошел через обонятельную процедуру.

— Ничего не понимаю! — Барнер покачал головой. — Почему за все это время у них отказала только система охраны?

— Причем очень своеобразно отказала — чтобы помочь нам, — добавил Николс, ласково поглаживая панцирь одной из «горгоньих голов». — Они ведь могли с такой же легкостью не впустить никого в эту башню.

— А почему вы решили, что сломались именно они? — спросил Перес. — С таким же успехом можно свалить перемену в их настроении на коммуникационные неполадки. Допустим, к примеру, что повсюду в башне были установлены охранные приспособления и эта система не сработала. И вдруг «горгоньи головы» обнаруживают здесь нас. Но ведь автоматическая охрана ни за что бы не пропустила никого, кому вход сюда запрещен. Вывод напрашивается сам собой: значит, у нас был допуск. Понимаете? А так как нас не было в их списках важных персон, они поспешили заполнить этот пробел в своей электронной памяти.

— Хитро закручено, — проворчал Хафнер. — Неужели они такие тупые?

Перес пожал плечами:

— Ну не знаю. Я не раз пользовался подобными уловками. В запретную зону трудно попасть, но если уж попал, дальше все будет в полном порядке.

— Ладно, что бы там ни было, — Хафнер не стал спорить, — благосклонность «горгоньих голов» будет очень кстати, когда сюда приедут антропологи. Не думаю, что им понравится работать, если у них за спиной будут извиваться эти змеи.

Мередит нахмурился.

— Что за антропологи?

— Ну, назовем их лингвистами. Люди, которых мы позовем сюда, чтобы перевести все это. — Он махнул в сторону панели управления.

— Наверное, понадобятся и компьютерщики, — прибавил Николс. — А также математики, физики…

— Подождите-ка, — прервал его Мередит. — А где вы собираетесь найти всех этих людей?

Николс заморгал.

— А как мы нашли доктора Чанга и его группу? Надо просто со следующим шаттлом выслать на Землю список с перечнем необходимых нам специалистов.

Мередит посмотрел на вытянувшееся лицо Переса. По вполне понятным причинам полковник не афишировал новости об ультиматуме совета и о насильственной высылке Чанга. Оказалось, противная сторона тоже хранила молчание.

— Так получилось, доктор, — сказал он Николсу, — что господина Чанга нет на Астре. Он уехал, повинуясь решению совета, который отстранил лиц, не имеющих нашего гражданства, от производственных объектов прядильщиков. — Он склонил голову перед Пересом в притворном почтении. — Если, конечно, совет не соблаговолит отменить свое указание.

Перес вспыхнул — не то от гнева, не то от смущения: этого Мередит не понял.

— Это решение было вызвано опасением, что кто-то посторонний наложит лапу на нашу собственность, а потом обречет нас на голодную смерть. Такая опасность все еще существует.

— А вам не кажется, что это звучит несколько мелодраматично? — заворчал Хафнер. — Сейчас не девятнадцатый век. Вы ведь понимаете, что мы не дикие аборигены, которые будут покорно наблюдать за тем, как Прялку растаскивают на части и вывозят на Землю.