Читаем Шелепин полностью

3 ноября 1959 года постановлением президиума ЦК КПСС был утвержден проект закрытого указа президиума Верховного Совета СССР о награждении Богдана Николаевича Сташинского орденом Красного Знамени. В сопроводительной записке заместитель председателя КГБ и куратор Первого главного управления генерал-полковник Петр Иванович Ивашутин писал, что Сташинский «в течение ряда лет активно использовался в мероприятиях по пресечению антисоветской деятельности украинских националистов за границей и выполнил несколько ответственных заданий, связанных с риском для жизни».

6 ноября председатель президиума Верховного Совета СССР маршал Ворошилов подписал указ. Сташинского привезли в Москву получать награду. Это была высокая честь. Сам Шелепин вручал ему орден. Председатель КГБ говорил о будущем молодого чекиста.

Но большим планам госбезопасности помешала любимая женщина Богдана Сташинского – Инге Поль, с которой он был обручен. Богдан Николаевич попросил у председателя КГБ разрешения вступить с немкой в брак. Шелепин объяснил, что чекисту-нелегалу позволительно жениться только на проверенном человеке, на женщине, способной стать надежной подругой и помощницей. Тем более что Сташинскому предстоит пройти переподготовку и получить новое задание – на сей раз в Англии или в Соединенных Штатах.

– Работа вас ждет нелегкая, но почетная, – сказал ему Шелепин.

Сташинский стоял на своем. Он доказывал, что его невеста будет таким же верным комитету человеком, как и он сам.

Доброжелательно настроенный Шелепин сдался.

Сташинскому позволили вернуться в Восточный Берлин, чтобы забрать Инге Поль. Когда Богдан Сташинский признался невесте, что он на самом деле не немец, а сотрудник советской разведки, она восприняла это совсем не так, как он ожидал, – предложила вместе бежать на Запад. Сташинский не хотел:

– Мне предстоит учеба. После этого они пошлют нас на Запад. Тогда мы и решим, что нам делать.

23 апреля 1960 года они поженились – сначала зарегистрировали отношения, а потом обвенчались в церкви. В представительстве КГБ в ГДР затею с венчанием не одобрили, но Сташинский настоял на своем – он должен вести себя как настоящий немец.

В мае с документами на имя супругов Крыловых они приехали в Москву на инструктаж и переподготовку. Поселили их в служебной квартире, которая прослушивалась, и Сташинский это обнаружил. Он пожаловался своему начальству, чего делать не следовало – чекист обязан понимать необходимость контроля и проверок. Начальство и без того было весьма разочаровано: герой-ликвидатор оказался вовсе не таким надежным и исполнительным чекистом, каким казался.

Когда Инге забеременела, Сташинский, как положено, доложил начальству, что в семействе ожидается пополнение.

– Вам придется сделать аборт или оставить ребенка в детском доме, – категорично заявил его куратор. – Ребенок вам будет мешать.

Богдан и Инге были в отчаянии. Инге сказала, что поедет рожать домой и тогда их ребенок станет гражданином ГДР.

– Когда ты родишь, то напишешь личное письмо Шелепину, – сказал ей Сташинский. – Он нам не откажет, он разрешит мне поехать к тебе. Тогда мы уйдем на Запад втроем.

КГБ разрешил Инге поехать на родину. 31 марта 1961 года она родила мальчика. Его назвали Петером. Вытащить мужа из Советского Союза Инге не смогла. Она решила вернуться к Богдану. Накануне ее отъезда произошло несчастье: ребенок заболел и умер.

В полном отчаянии она позвонила мужу:

– Петер мертв! Ты должен приехать!

Сташинский попросил, чтобы ему разрешили поехать в ГДР на похороны сына – в такую трагическую минуту он не может оставить жену одну. В ГДР они с женой должны были обязательно ночевать на объекте КГБ в Карлсхорсте. Если он куда-то отлучался, то обязан был предупреждать начальство. За ним следили. Тем не менее Богдан и Инге решили бежать.

12 августа, в субботу, чекисты отвезли Сташинского в дом тестя. Несколько часов семья провела в приготовлениях к похоронам мальчика, назначенным на следующий день. После обеда Богдан и Инге вышли из дома через черный ход и несколько километров до ближайшего города прошли пешком. Там взяли такси и доехали до Восточного Берлина. Сменили машину и добрались до вокзала. Из одного сектора Берлина еще можно было перейти в другой. Восточногерманская полиция даже не проверила у них документов. Вечером они были в Западном Берлине.

Богдан Сташинский обо всем рассказал западногерманской полиции. Он вовремя бежал. На следующий день, 13 августа, появилась стена, надолго отделившая Восточный Берлин от Западного.

Сташинского судил Федеральный суд в Карлсруэ, приговорили его к восьми годам тюремного заключения как исполнителя. А организатором убийства суд назвал председателя КГБ Александра Шелепина. Эта история впоследствии станет поводом для того, чтобы убрать Александра Николаевича из политики.

Владимир Семичастный рассказывал мне:

– Я говорил потом Шелепину: «Зачем ты его отпустил?» Вот вам и «железный Шурик»…