– Приезжай на пару дней в Москву.

– Так я же совсем недавно был, Семен Кузьмич. У меня и вопросов никаких нет.

– Ну, я же не каждый день приглашаю. Приезжай.

Когда Нордман вошел в кабинет первого заместителя председателя КГБ, Семен Цвигун доверительно сказал Нордману: в крае предстоят перемены. Понадобится новый первый секретарь. Кого будем назначать? Нордман тоже назвал двоих – Босенко и Горбачева. Выбор сделал в пользу Михаила Сергеевича:

– Он моложе Босенко на тринадцать лет, юрист, перспективный.

Цвигун возразил:

– Он ведь первым секретарем крайкома ВЛКСМ работал в одно время с Шелепиным и Семичастным. Одна ведь банда шелепинская, комсомольская.

Нордман сразу возразил:

– Семен Кузьмич, не входит Горбачев в эту команду.

– Откуда ты это знаешь, ведь недавно там работаешь?

И тогда Нордман рассказал, как предлагал Горбачева взять в кадры КГБ и как Семичастный с ходу отверг его кандидатуру. А сказал бы что-нибудь другое, не видать Михаилу Сергеевичу повышения, не сложилась бы у него карьера.

Для Горбачева это была последняя и решающая проверка. В январе 1970 года он занял высшую ступеньку в руководстве краем…

Но в определенном смысле началом своей карьеры Горбачев действительно был обязан Шелепину и Семичастному. В 1955 году, после очередного пленума, руководители комсомола Шелепин и Семичастный обратились к местным секретарям с просьбой. Учебные заведения страны выпустили слишком много юристов, философов и историков. Трудоустроить их по специальности невозможно, возьмите их на работу в комсомол.

– Только я вернулся в Ставрополь, – вспоминал тогдашний первый секретарь крайкома комсомола Виктор Мироненко, – мне звонит Горбачев.

После Московского университета Михаила Сергеевича, молодого юриста, распределили в родные края, в ставропольскую прокуратуру. Но в правоохранительных органах шло послесталинское сокращение штатов. Горбачев оказался без работы.

– Я позвонил краевому прокурору, – рассказывал Мироненко. – Он говорит: есть место следователя, он не хочет. А у меня в крайкоме была вакансия – нужен был заместитель заведующего отделом пропаганды. Ну, я и взял Горбачева.

Горбачев долгое время поминал добрым словом земляка, который открыл ему дорогу в политику. Потом отношения прервались. Виктор Мироненко попал под подозрение как человек, близкий к Шелепину и Семичастному. Бывших «комсомольцев» Брежнев считал опасными для себя. За ними следил КГБ. Задача состояла в том, чтобы не допустить их возвращения на заметные посты.

Когда в 1978 году после смерти члена политбюро Федора Давыдовича Кулакова Горбачева решили сделать секретарем ЦК по сельскому хозяйству, в последний момент его назначение опять едва не сорвалось. И все из-за того, что Виктор Мироненко позвонил опальному Семичастному в Киев и разговор зашел о Михаиле Сергеевиче.

Семичастный спросил Мироненко:

– Слушай, я не помню, Горбачев у нас когда работал?

– Так это вы подписывали решение о его назначении первым секретарем крайкома, – напомнил Мироненко.

Киевлянина Семичастного интересовали последние московские новости:

– Знаешь, чего тебя спрашиваю? Говорят, вместо Кулакова то ли Горбачев будет, то ли наш Моргун.

Первый секретарь Полтавского обкома Федор Трофимович Моргун тоже считался кандидатом на пост секретаря ЦК по сельскому хозяйству. Моргун учился в Днепропетровске, что для Брежнева было большим плюсом, работал на целине, получил «Золотую Звезду» Героя Социалистического Труда.

Все разговоры Семичастного записывали. Фамилии, которые называл бывший председатель КГБ, фиксировались. А именно в эти дни оформлялись все документы, необходимые для избрания Горбачева секретарем ЦК КПСС по сельскому хозяйству, с чего и началось его восхождение к вершинам власти.

– Говорят, что Горбачева тут же вызвал Андропов и предупредил: будь осторожен, видишь, кто тебя поддерживает, – рассказывал Мироненко.

Михаила Сергеевича спасло особое отношение к нему Суслова и Андропова.

ГЕНЕРАЛЬСКАЯ ПЕНСИЯ БЫ ПРИГОДИЛАСЬ

Отправлять Александра Николаевича Шелепина на пенсию было рано. В мае 1975 года его освободили от должности руководителя ВЦСПС и подыскали ему унизительно маленькую должность заместителя председателя Государственного комитета Совета министров СССР по профессионально-техническому образованию (в 1978 году название комитета несколько изменили), который ведал в основном производственно-техническими училищами (ПТУ) для молодежи.

Это, конечно, было издевательством. Когда Суслов пригласил Александра Николаевича и сказал, что ему предлагается такая должность, Шелепин ответил:

– Я же молотка никогда в руках не держал, не говоря уж о чем-то более серьезном. Как я буду учить будущий рабочий класс?

При Сталине 15 мая 1946 года было образовано Министерство трудовых резервов – на базе Главного управления трудовых резервов при Совете министров СССР и Комитета по учету и распределению рабочей силы. Министром стал Василий Прохорович Пронин, который в военные годы был председателем Моссовета.