Читаем Шелепин полностью

Но через два года Дудоров получил привычное назначение в систему строительства – начальником Главмоспромстрой-материалов при Мосгорисполкоме с правами министра. Судьба его сложилась непросто. У него было два сына. Младшего однажды утром нашли без сознания под окнами. Прокуратура пришла к выводу, что он упал с балкона девятого этажа. Старшего сына бывшего министра внутренних дел обвинили в изнасиловании, когда он на севере проходил производственную практику. Он получил срок и был отправлен в лагерь (подробнее см.: Новые известия. 2001. 11 августа).

Сам Николай Дудоров едва не лишился партбилета и свободы. В 1962 году генеральный прокурор Роман Руденко доложил в ЦК, что при Дудорове в Министерстве внутренних дел был утерян особо секретный документ – «Выписка из плана мероприятий по обеспечению немедленного перехода руководства страны на военное положение в случае внезапного нападения противника». В нарушение правил Дудоров передал документ своему заместителю, а тот распорядился снять две копии. При ликвидации министерства выяснилось, что одна копия исчезла. В августе 1962 года Комитет партийного контроля объявил Дудорову строгий выговор с занесением в учетную карточку.

Бывший министр считал наказание несправедливым, писал в ЦК, на что в Комитете партконтроля ответили, что за такие проступки по закону его могли предать суду, так что он может считать, что еще легко отделался.

Министром внутренних дел РСФСР был генерал-лейтенант Николай Павлович Стаханов, который прежде командовал пограничными войсками. На чужой стезе он чувствовал себя неуютно и прослужил недолго. В июле 1961 года его освободили от должности и отправили на пенсию – ему как раз исполнилось шестьдесят лет.

Его место занял бывший заместитель Шелепина по КГБ Вадим Степанович Тикунов. Он был на двадцать лет моложе своего предшественника, единственный юрист среди всех министров внутренних дел с 1917 года. Тикунову присвоили специальное звание – генерал внутренней службы второго ранга.

Когда Вадима Тикунова назначили российским министром, он по-свойски пожаловался начальнику Седьмого управления КГБ Виктору Алидину:

– Очень не хочется идти на работу в систему МВД, но Шелепин настаивает, говорит, что эту должность может занять Серов. А он нам совсем не подходит.

Генерал армии Иван Серов был человеком Хрущева. В тот момент он был в опале, возглавлял военную разведку, но Шелепин, видно, опасался, что Хрущев помилует старого знакомого и сделает Серова министром.

Летом 1962 года республиканские МВД были переименованы в Министерства охраны общественного порядка. Для Хрущева аббревиатура МВД ассоциировалась с Берией, и он хотел перевернуть эту страницу истории.

Тикунов оставил о себе хорошую память среди профессионалов. Он добился от правительства разрешения работникам милиции бесплатно пользоваться городским и пригородным транспортом. По его предложению каждый год 10 ноября стали отмечать День милиции. На первом празднике выступил Никита Сергеевич Хрущев.

При Тикунове коллегия министерства приняла решение об использовании милицией резиновых палок и наручников, а в местах заключения разрешила в случае необходимости пускать в ход слезоточивый газ. Тикунов добивался оснащения органов внутренних дел автотранспортом, мобильными радиостанциями, магнитофонами.

После ухода Хрущева Тикунов доказал новому руководству страны, что численность милиции нужно не сокращать, как требовал Никита Сергеевич, а увеличивать. В 1965 году ему разрешили набрать в органы внутренних дел России более двадцати тысяч человек и сделали упор на вербовку агентуры.

На ХХШ съезде Тикунова включили в состав кандидатов в члены ЦК, избрали депутатом Верховного Совета СССР, наградили орденом Ленина. Все это сулило продолжение удачной карьеры.

23 июля 1966 года появился указ президиума Верховного Совета СССР о воссоздании союзного Министерства охраны общественного порядка. Предполагалось, что министром останется Тикунов, он уже принимал поздравления. Но шло время, а решения политбюро все не было. Брежнев захотел поставить во главе союзного министерства своего человека – Николая Анисимовича Щелокова.

Решения в политбюро принимались только единогласно. А против назначения Щелокова министром решительно возразил Шелепин. Председатель КГБ Семичастный в политбюро не входил, но влияние имел большое, особенно в кадровых делах. Он тоже отговаривал Брежнева назначать Щелокова министром.

Семичастный говорил:

– Я знал его по Украине, знал его делишки. Да и вообще: получается, что Брежнев повсюду таскает за собой Щелокова. Я Леониду Ильичу сказал: зачем он вам нужен? К тому же есть готовый министр – Вадим Тикунов.

Видя сопротивление Шелепина и Семичастного, Брежнев отозвал проект решения политбюро о назначении Щелокова. Но не отказался от своей кандидатуры, а стал готовить почву для назначения Николая Анисимовича. Если бы Брежнев дал слабину и назначил другого человека, аппарат увидел бы, что власть у группы Шелепина. Так что назначение Щелокова было для Брежнева вопросом принципиальным.