Когда туман после оргазма полностью рассеивается, а пульс приходит в норму, я наконец могу мыслить здраво. Я осознаю, что не хочу прерывать звонок. Чего мне действительно хочется, так это быть рядом с Серой. Ненавижу тот факт, что это невозможно.

– Перерыв? – спрашиваю я.

– Идет.

Отложив телефоны, мы быстро приводим себя в порядок и одеваемся. Когда я снова смотрю на экран, она заползает на кровать и забирается под одеяло, которое натягивает до самой груди. С задумчивым выражением лица Серафина смотрит на экран темно-карими глазами.

– Так… – она замолкает.

– Так, – повторяю я, опираясь на подушку. – Расскажи мне, как прошел твой день, Динь.

Глава 20

Уже слишком

Серафина

Гугл оказывает мне медвежью услугу.

Мне следовало бы записаться на генетический тест. Вместо этого я погрузилась с головой в пугающие просторы интернета. Так как парни отправились на выездной матч, я дома совсем одна и никак не могу успокоиться.

Некоторые предварительные исследования, которые я провела, показывают, что если у меня мутация BRCA, то риск развития рака молочной железы в течение жизни может достигать почти восьмидесяти процентов. Не говоря уже о раке яичников, вероятность получения которого тоже велика.

Я падаю на стопку чистой одежды, которой покрыто мое пуховое одеяло, и, уставившись в потолок, прижимаю подушку к груди. Слова доктора Уилсона эхом отдаются в голове.

Пятьдесят на пятьдесят. Вот и все. Как подбросить монетку.

Это грузом лежало на моих плечах с того дня, как я побывала в клинике. Я изо всех сил старалась не думать о генетическом тесте. Старалась притвориться, что ничего не произошло. Старалась заверить себя, что все обойдется.

И с треском провалилась.

Охваченная паникой, я тянусь за телефоном, чтобы просмотреть переписку с Эбби. Прежде чем успеваю что-либо осознать, я уже набираю сообщение, но, вовремя спохватившись, удаляю его. В вопросах жизни и смерти она не сильна. Эбби, конечно, посочувствует, но, поскольку никогда не проходила через подобное, вряд ли сможет меня понять.

Еще несколько секунд я смотрю на экран, размышляя, стоит ли позвонить друзьям, что остались в Аризоне. Это тоже не кажется правильным решением. С тех пор, как я переехала, мы отдалились друг от друга, а тема разговора слишком тяжелая для тех, с кем я в последнее время совсем не общалась.

Чейз, понятное дело, тоже не подходит. Остается только Тайлер. Я хотела бы рассказать ему все, но зачем? Ведь я еще даже не знаю результатов. Он ясно дал мне понять, какое большое количество давления испытывает в повседневной жизни. Не думаю, что он захочет возиться еще и с моими гипотетическими проблемами.

К тому же, что-то настолько тяжелое выходит за рамки его компетенции. Он же мой друг… не парень. Какая-то часть меня боится спугнуть его такими новостями.

И тут я вспоминаю о сайте поддержки, который доктор Уилсон рекомендовал маме. Открыв MacBook, я ввожу нужные данные в поисковую систему и открываю форум с метким названием Limbo Land. Все, что я читаю, подтверждает мое инстинктивное желание узнать результат тестирования. В конце концов, он может оказаться отрицательным, и тогда я продолжу спокойно жить и сконцентрируюсь на том, чтобы помочь маме с ее лечением.

Или… он будет положительным. Я могу оказаться перед выбором: подождать и посмотреть, настигнет ли меня рак, или принять решительные профилактические меры.

В любом случае, мне нужно знать. Иначе неуверенность так и продолжит висеть у меня над головой.

Когда я уже собираюсь выйти из форума, мое внимание привлекает другой, под названием «Семья и отношения». Я заношу над ним курсор и, ведомая любопытством, открываю вкладку.

Еще через пару минут просеивания информации мое и без того хрупкое душевное состояние дает сбой. Куча постов от женщин, чьи парни и мужья бросили их, обнаружив, что они являются переносчиками мутации BRCA. Пусть детали отличаются, но общий смысл один и тот же. Они не смогли сопереживать травме, что наносит этот диагноз. Не смогли смириться с перспективой того, что их жене предстоит серьезная операция. Не смогли справиться с уходом, который после этого требовался.

Хотелось бы мне сказать, что я удивлена, но то, что многие мужчины лишены эмпатии, не становится для меня шоком.

Конечно, есть и исключения. Продолжив поиски, я нахожу историю от пользовательницы, чей партнер был рядом, заботился о ней и стал ей опорой. Один мужчина в знак солидарности побрился налысо, когда его жена проходила химиотерапию, другой взял на работе отпуск, пока его девушка полностью не оправилась от двойной мастэктомии.

Я знаю, что такие мужчины существуют, потому что точно так же себя бы повел мой брат, приключись что-то с Бейли. Но среди нескольких тысяч сообщений те, что рассказывают о счастливом конце, теряются… их можно по пальцам пересчитать.