Читаем Шарм полностью

Дымка погибла. Боже. Дымки больше нет.

Она хотела от жизни одного – быть рядом со мной. Любить меня.

И я должен был защищать ее. Оберегать ее.

Но я подвел ее.

Я подвел всех.

Грейс обнимает меня снова – она продолжает говорить со мной, целовать меня и извиняться, хотя ей абсолютно не за что просить прощения. Ведь это сделала не она. Это сделал я.

Я начинаю погружаться в глубину своего естества, как делал, когда находился в гробнице. Пытаюсь очистить свой разум от всех мыслей, пытаюсь заставить себя уплыть прочь. Если мне удастся просто исчезнуть, то я больше не буду чувствовать себя так, как сейчас. Чувство вины, боль и ярость просто рассеются, превратятся в ничто, как и я сам.

Мне это почти удается, я уже чувствую ту необычную слабость, которая всегда охватывала мое тело перед тем, как все случалось. А также пустоту и прекращение боли, которые делают дезинтеграцию такой приятной – это может длиться месяц, год или дольше.

Я закрываю глаза и пытаюсь довести дело до конца. Но прежде чем мне это удается, Грейс берет в ладони мое лицо, и ее голос доходит до самых глубин моей души.

– Я знаю, что ты делаешь, Хадсон, – говорит она, – и так нельзя. Сейчас все не так, как тогда. Это не выход.

Я качаю головой и пытаюсь отгородиться от ее слов, но у меня ничего не выходит – потому что она очень настойчиво старается завладеть моим вниманием. И это ей удается – потому что это Грейс, моя Грейс, и у меня никогда не получается игнорировать ее.

Ее руки обнимают меня еще крепче, удерживая меня здесь, хотя в эту минуту мне ужасно хочется просто уплыть прочь.

– Мне очень жаль, Хадсон, жаль, что ты страдаешь. Но такая боль следует за человеком, она не отпускает его. Поверь мне – я знаю, о чем говорю.

Она прижимает свой лоб к моему, ее ладони лежат на моих щеках, меня обдает ее теплое дыхание.

– Если ты сейчас уйдешь, боль не отпустит тебя и на той стороне, она будет поджидать тебя. Единственный способ избавиться от нее – это пережить ее, как бы тяжело это ни было.

– Но это не значит, что тебе придется терпеть ее одному. Потому что я рядом с тобой. – Она касается губами моих губ. – Я с тобой, Хадсон, и я никуда не уйду. Ты должен просто положиться на меня, и я помогу тебе ее пережить.

Послушать ее, так получается, что это легко, но мои двести лет жизни научили меня, что это не так. Всю жизнь я только и делал, что мучился из-за того, что не мог изменить. И у меня ушло много лет на то, чтобы научиться выносить пустоту и боль в одиночку.

Но я сделал это.

Я научился терпеть боль и научился исчезать, когда больше не мог ее терпеть.

Так я и пережил все годы мук в гробнице. И вот теперь Грейс хочет, чтобы я повел себя так, будто всех этих уроков не было? Она хочет, чтобы я положился на нее, поверил, что она сделает так, чтобы я смог – чтобы мы оба смогли – это пережить?

Год назад это было бы невозможно. Два года назад я счел бы это шуткой – и притом несмешной. Но сейчас я уже не тот Хадсон, который предпочел исчезнуть, лишь бы не осознавать, что его собственный брат хотел его убить.

То предательство было таким мучительным, что я заставил себя растаять, исчезнуть в тот же момент.

Однако та боль не шла ни в какое сравнение с той мукой, которая терзает меня сейчас.

Но на этот раз… на этот раз кто-то хочет, чтобы я остался.

Грейс нуждается во мне и любит меня так же сильно, как я сам нуждаюсь в ней и люблю ее.

Я делаю глубокий судорожный вдох.

Я сопряжен с Грейс, она выбрала меня. И она достойна большего, чем парень, который не может взять себя в руки, который готов сбежать, когда ему становится больно. И она совершенно точно достойна такого парня, который будет доверять ей так же, как она доверяет ему.

Поэтому, хотя жизнь долго учила меня, что нельзя пережить боль – что можно только справиться с ней, – я решаю проигнорировать этот урок и выбрать Грейс. Как я всегда выбирал ее. Как я всегда буду выбирать именно ее.

Я подавляю в себе желание спастись бегством. А затем протягиваю ей руку и говорю те единственные слова, которые могут гарантировать, что Грейс останется моей навсегда.

– Мы не можем позволить Суилу пересечь барьер. Мы должны найти способ остановить его.

Глава 124 Вот и приплыли

– Хадсон –

Грейс обвивает руками мою шею и крепко прижимает меня к себе на несколько секунд. Я тоже обнимаю ее и шепчу:

– Прости, – потому что знаю, что я напугал ее.

Но она только качает головой, будто давая понять, что это пустяки. Затем отстраняется и спрашивает:

– Но как мы это сделаем? Мы не можем позволить ему просто вернуться в наш мир и все разрушить. Да, мы с тобой находимся не там, но там остаются дядя Финн, Мэйси, Джексон и все, кто нам дорог. Мы не можем позволить ему уничтожить наш мир просто потому, что он хочет спасти свою дочь.

– Это мы знаем, – говорит Кауамхи, и видно, что она изо всех сил старается держать себя в руках. – Но мы не знаем, как это сделать.

– Дайте мне подумать, – бормочу я, и мой мозг снова начинает работать.