Читаем Шарлатаны полностью

Доктор Эндрюс закончил мыться и появился на пороге операционной, держа перед собой согнутые в локтях руки, которыми помахал в качестве общего приветствия. Этот высокий стройный мужчина лет двадцати пяти со свежим загорелым лицом практически во всем, кроме роста, был прямой противоположностью доктора Мейсона — широкоплечего, с массивной шеей, коренастого, чьи мясистые лапищи с толстыми пальцами больше походили на руки кочегара, нежели известного хирурга. Также у Мейсона, который был в два раза старше Сида, наметилось круглое брюшко.

— Сид — австралиец, — добавил доктор Мейсон, опуская руки в перчатки, которые подала ему Бетси, а затем, повернувшись к Аве, указал большим пальцем куда-то в пол: — Австралия — это там. Вам когда-нибудь доводилось бывать внизу, дорогая? — игриво спросил он.

— Доводилось, — отрезала Ава, рассерженная обращением «дорогая» и этим двусмысленным «внизу». — Послушайте, пациент под наркозом уже более часа. — Она была не в настроении ни для сомнительных шуточек, ни для болтовни о путешествиях.

— Ах да, конечно-конечно, дело прежде всего, — насмешливо хмыкнул Мейсон. — Сид, познакомься с одним из лучших анестезиологов нашей клиники и уж точно самой сексуальной среди них. Даже несмотря на этот мешковатый комбинезон, — рассмеялся он, переплетая пальцы, чтобы плотнее натянуть перчатки.

— Рад знакомству, — сказал доктор Эндрюс и вскинул глаза на Аву, управившись со своими перчатками, которые подала ему Бетси.

— Можем приступать? — спросила Ава.

— Видишь, Сид, не женщина, а настоящий торнадо, — бросил Мейсон, словно говорил о ком-то постороннем. Он остановился справа от операционного стола, наблюдая, как сестра обрабатывает антисептиком паховую область Брюса. Сид встал слева. Через несколько минут оба хирурга, не прекращая болтовни о великолепии Большого Барьерного рифа, накрыли стерильной простыней операционное поле. Конец простыни Ава накинула на металлическую дугу, установленную над шеей пациента, и закрепила ее при помощи цапки, упорно игнорируя настойчивые попытки мужчин втянуть ее в разговор.

Первым тревожным сигналом стал внезапный возглас доктора Мейсона, последовавший минут через двадцать после начала операции.

— Черт, черт, черт! — выпалил он. И хотя до этого момента хирурги работали молча, было ясно: у них возникли проблемы.

Ава вытянула шею, но она находилась в торце стола и не могла видеть операционное поле.

— Попробуй освободить кишку со своей стороны, — скомандовал доктор Мейсон, обращаясь к Сиду.

Ава наблюдала, как ординатор наклонился вперед и засунул указательный палец в разрез.

— Проблемы? — спросила Ава.

— Да, очевидно, у нас проблемы, — отрезал Мейсон таким тоном, словно глупее вопроса не придумаешь.

— Нет, не получается, — выдохнул Сид, убирая палец.

— Ну вот, всегда так, — с досадой бросил Мейсон. — Захочешь оказать человеку любезность, а он непременно подложит тебе свинью.

Ава и Бетси переглянулись. Операционная сестра устало закатила глаза. Обе прекрасно понимали мысль Мейсона: какая бы у хирурга ни возникла проблема, всегда виноват пациент.

— Придется лезть в брюшную полость, — раздраженно сказал Мейсон и обернулся к Аве: — Так что, дорогая, нам понадобится тотальная релаксация.

Неожиданно система громкой связи ожила и раздался голос Дженет Сполдинг:

— Доктор Мейсон, извините, что прерываю, но в обеих операционных, в четырнадцатой и в шестнадцатой, требуется ваше присутствие. Что мне сказать ординаторам?

— Проклятье! — вскипел Мейсон, злясь не столько на коллег, сколько на саму ситуацию. — Скажи им, чтобы держали оборону, — рявкнул он, глядя в потолок, где был укреплен динамик, — приду, как только смогу.

— Если вы открываете брюшную полость, придется интубировать, — заметила Ава. В каком-то смысле она была рада этому, поскольку видела, что действие спинальной анестезии заканчивается: у пациента изменился ритм дыхания, и он начал шевелиться. Ава ввела дополнительную дозу пропофола и стала внимательно наблюдать за пульсом и частотой дыхания.

— Делайте, что считаете нужным, — пожал плечами Мейсон. — Вы же анестезистка.

— Анестезиолог, — поправила Ава. Обращение «анестезистка» покоробило ее не меньше, чем произнесенное чуть ранее «дорогая». Анестезистка — это медсестра, анестезиолог — врач. Уровень обучения и подготовки совершенно разные. — Все-таки в чем проблема, вы можете мне сказать?

— Проблема в том, что мы не можем вправить кишку, ущемленную в грыже, — нетерпеливо пояснил доктор Мейсон. — Поэтому ничего не попишешь: придется идти в брюшную полость. В любом случае надо было изначально делать общую анестезию, особенно учитывая имеющиеся у пациента симптомы неполадок желудочно-кишечного тракта.

— Но ваш секретарь просила сделать именно спинальную, — напомнила Ава, чтобы сразу внести ясность.