Читаем Шаринган Какаши полностью

«Как же неприятно говорить. Как же хочется просто побыть одному и всё обдумать. Но! Я никогда не решу эти проблемы в одиночку…»

— Поделись мыслями, мы не осудим. — Спокойно и несколько дружелюбно попросил Иноичи, явно заметив моё удручённое состояние.

С тяжелым вздохом, я принялся рассказывать то, о чём знал и догадывался: — Я думаю, что это были воспоминания Обито. Нас с ним связывает шаринган. Возможно, благодаря глазу, или даже создаваемой им чакре, между нашими сознаниями появилась незаметная связь. И именно из-за неё я и увидел то, что видел он и, наверное, он тоже увидел то, что видел я.

Это была правда, та самая в которую сложнее всего поверить. Я и сам не хотел в это верить и сильно сомневался в то, что мне поверят. И только осознание абсолютно безвыходной ситуации заставило меня выговорить такие слова.

Высушив мою версию, два блондина с сомнением переглянулись: между ними словно произошёл немой диалог, прежде чем Яманака-сан вновь остановил на мне свой взгляд.

— Звучит несколько притянуто, однако, обо всех возможностях чакры никто из живых даже не догадывается. Твоя теория вполне может быть правдой, но не означает ли это, что Обито, является живым?

— Скорей всего это так. Конечно, есть вероятность, что его тело нашли враги и заполучили его шаринган, но я не думаю, что в таком случае связь была бы настолько крепкой.

— Какаши, ты уверен в своих словах? — Подал голос Минато, в его тоне так и чувствовалось холодное напряжение; новость о воскресшем ученике нисколько не обрадовался сенсея. Наверняка он уже догадывается, что нынешние цели Обито сильно расходятся с целями Конохи и всех её жителей.

— Я уверен в этом настолько же сильно, как в том, что после сегодняшнего заката, наступит завтрашний рассвет. — С непоколебимой уверенностью заявил я, глядя в голубые глаза Минато. — Пускай доказать это будет сложно, но есть способ проверить мои слова. Надо отправиться к его месту смерти и отыскать тело.

— Прошло больше полугода. — Напомнил мне о времени наставник; как же быстро летит время. Наверняка от мёртвого тела почти ничего не осталось, разве что кости.

— Даже если это будут его кости, нам этого хватит. Также можно использовать запретную технику Эдо Тенсей и попытаться призвать его душу из загробного мира. —

— И откуда ты знаешь о такой технике? — Минато поднял бровь в немом вопросе, немного удивившись моей осведомлённости.

Однако, несмотря на то, что Эдо Тенсей считается запретной и секретной техникой, о ней знают все великие селения, а то и весь мир. Тобирама успел наглядно продемонстрировать творение собственного гения во времена первой мировой войны шиноби. Демонстрация оказалась настолько впечатляющей, что все и навсегда запомнили столь ужасающе мерзкую технику.

— Я? Я о ней ничего не знаю, только название и суть нечестивого воскрешения. — Нисколько не приврал я, ибо подробности и способ применения мне действительно были неизвестны, как и большинству людей в мире. Подобная информация действительно считает сверхсекретной, и храниться с соответствующей ответственностью.

«Надо перевести их внимание с куклы на кукловода», — подумалось мне в минуту угнетающего молчания.

— Сенсей, я думаю, что кто-то очень сильно постарался, дабы Рин умерла именно таким образом. И возможно у меня есть ответ на этот вопрос. По ментальной связи, я увидел немощного старика сидящего на каменном троне, в его глазу горел шаринган. Не знаю, для каких целей, но я уверен, что он причастен как к смерти Рин так и к выживанию Обито.

Мои слова лишь сделали тишину ещё более угнетающей.

— С возрастом, гендзюцу Учих становится только сильнее. Однако цели неизвестного всё равно остаются сокрытыми от нас. — Озвучил мысли Иноичи, после тщательного анализа всех представленных переменных.

«Как жаль, что я просто не могу сказать: так было в манге и скорей всего будет в будущем. Сам таким словам не верю…»

— Какаши, ты сможешь нарисовать его портрет? — неожиданно спросил Минато.

«То, что надо»

— Думаю что да…

Вскоре мне принесли чистый листок бумаги и набор карандашей, после чего я принялся работать руками. Рисованием не увлекался ни оригинальный Какаши ни я из другого мира, однако в академии обучали рисовать мельком увиденных людей. Подобное развивало зрительную память и воображение, которое необходимо в ряде академических техник. Поэтому совсем неумехой я не был. И пока Минато с Иноичи обсуждали возможность подобного исхода событий и личность того, кто может стоять за всем этим, я довольно быстро закончил делать рисунок. Получилось вполне неплохо. Не идеально, но очень достойно и вполне узнаваемо.

(Нарисованный рисунок)

— Иноичи. Он тебе кого-нибудь напоминает?

— Да… — протянул блондин, встречаясь глазами с Минато, — тебе тоже?

— М-м-ма… — протянул я задумчиво, после чего решил озвучить общую мысль, — я не один вижу здесь лицо постаревшего Учихи Мадары?

Ответом было молчание.

— У тебя дома есть учебник по истории? — Внезапно обратился наставник к хозяину дома; мне понравился ход его мыслей.

— Хм. Да, недавно приобрели новенький, для будущего ребёнка. Сейчас принесу…