На следующий день решили согласно обычаю привести Султан Байазида в диван-хане, устроить пир и угощение, загладить грубость простонародья и его успокоить. [Султан Байазида] со славными сыновьями и именитыми вельможами ввели с почестями в диван-хане и тут же лишили свободы. Сам государь собственной персоной поднялся на возвышение [в] диван-хане и приказал кызылбашам схватить и заковать [в цепи] его сыновей, эмиров, вельмож и мулазимов. В мгновение ока с улиц и кварталов [Казвина] было доставлено в диван около 10 тысяч человек со связанными руками и шеей, в оковах и под охраной. Из них 5 тысяч человек из аширатов и племен, [а] с (ними] Пир Хусайн-бек Тургуд-оглы, Ахмад-бек зулкадр шахинджи-баши, 'Абдалгани чауш Сиваси, Дилу Сайфаддин Карамани и 'Али-ака секбан-баши[731] были освобождены и /216/ назначены на службу шаху, великим шахским сыновьям и благородным эмирам. Остальные войска: гуламы, сыновья гуламов, янычары и другие подразделения — были перебиты, а их имущества конфискованы в пользу благородной государевой казны. Никто не спасся из той пучины, за исключением нескольких человек.

В этом же году правитель Загама, сын Лаванда Гурджи, по имени 'Иса[732], удостоился [принятия] ислама и возвысился до истинной веры. Шахский диван препоручил ему управление вилайетом Шеки, и был он поименован 'Иса-ханом.

В этом году один за другим умерли. Хасан-бек йузбаши и Хусайн-бек устаджлу, туркиманский курчи, которые служили оплотом могущества той высокой династии. Поскольку Хусайн-бек притеснял людей и был: насильником по природе, остряки [того] времени составили [такую] хронограмму его смерти: фир'аун-и сани[733].

Год 968 (1560-61)

В этом году в Казвин с многочисленными дарами и приношениями приехали за Султан Байазидом в качестве посланников победоносного султана амир ал-умара' Мараша 'Али-паша, известный под [именем] Кайлун, с Хасан-ака капуджи-баши и около трехсот человек — [знатных] ага и слуг. Его встретили эмиры и столпы кызылбашской державы и с почетом и уважением доставили в город. Удостоившись счастья лобызать [шахский] порог и выполнив миссию посланцев [султана], они подарили[734] [шаху] несколько девяток[735] коней с попонами из парчи, бархата и разноцветного дамасского шелка, у некоторых седло и уздечка (были украшены] драгоценными камнями. [К этому] прибавили пояс с мечом, расшитую золотом фараджу с пуговицами из бадахшанского рубина, из которых каждая весила больше мискаля, и другие румские и европейские диковинки и [редкостные] ткани. Они снискали монаршие милости и /217/ беспредельную благосклонность государя.

По соблюдении обычаев празднества и церемоний гостеприимства [шах Тахмасб поручил] Джафар-беку кангурлу-устаджлу сопровождать посланцев и пожаловал разрешение на отъезд. Когда посланцы пришли прощаться с государем, шах Тахмасб, отпуская их, изволил сказать: «За эти услуги, ибо Султан Байазид и (его] сыновья были схвачены единственно ради удовлетворения и благосклонности властелина[736], я [тоже] жду внимания и благодеяний». С помощью таких предисловий (шах] испросил для своего сына, по имени Султан Хайдар-мирза, обитель мира — Багдад — в управление.

В этом же году в [положенный] природой срок умер великий везир Рустам-паша. Среди имущества, оставшегося после его смерти, было 30 тысяч собольих шкурок, по чему можно представить число других богатств[737], денег и драгоценных камней. Должность везира препоручили Мухаммад-паше Буснави.

Год 969 (1561-62)

В этом году шах Тахмасб выехал из Казвина в Тарум, желая прогуляться и поохотиться. Несколько дней он находился, в окрестностях Харзавила, где соединяются реки Сафид-руд и Шах-руд, занимался рыбной ловлей и возвратился [затем] в Казвин.

Его старшая сестра Махин-бану, которая была известна под [именем] Султанум, ответствовала судьбе: «Слушаюсь»[738]. Без всякого преувеличения и подобия лести[739] (можно утверждать, что] она превзошла знатных женщин [своего] времени всевозможными добродетелями и благочестивыми деяниями. Зодчий ее великодушия воздвиг тридцать угодных богу сооружений — ханекахов, странноприимных домов и мостов. Облагодетельствованные благодеяниями от ее щедрот, радовались и благоденствовали все сословия народов, из мужчин и женщин. С малолетнего возраста она отказалась от замужества, жила с братом и /218/ весьма преуспела в укреплении основ шахской власти и устоев царствования. Она отбыла из теснин обители тщеславия в мир радости. Шах Тахмасб проводил покойницу до пресветлого мазара — гробницы Хусайна, а оттуда [ее] перевезли к могиле Имам Ризы — [да будет] над ним молитва и приветствие [господне]!