Читаем Шантарам полностью

Я оглядел притихший ресторан и поймал взгляд Викрама. Он улыбнулся мне и покачал головой. Улыбка была горькой, в глазах его стояли невыплаканные слезы. Но он счел нужным улыбнуться мне, разделить со мной свою растерянность и печаль, успокоить меня. И эта улыбка помогла мне понять, что в Бомбее меня удерживает еще кое-что, – сердце, индийское сердце, о котором говорил Викрам. «Страна, где над всем властвует сердце» – вот из-за чего еще я не мог уехать вопреки интуитивному желанию поскорее смыться. Ведь Бомбей был для меня идеальным воплощением индийского сердца. Город обольстил меня, заставил полюбить его. Определенная часть меня самого была сформирована Бомбеем и существовала лишь потому, что я жил здесь, в этом городе, в качестве мумбаита, бомбейца.

– Поганое дело, йаар, – проговорил вернувшийся за наш столик Викрам. – Немало крови прольется из-за этого, йаар. По радио сказали, что в Дели толпы сторонников партии конгресса врываются в дома сикхов и устраивают разборки…

Мы удрученно молчали, думая об общей беде и о собственных проблемах. Молчание нарушил Дидье:

– Знаешь, Лин, у меня вроде бы есть наводка для тебя.

– Насчет тюрьмы?

– Oui[104].

– Та-ак…

– Правда, это не так уж много. Вряд ли это добавит что-нибудь существенное к тому, что ты уже знаешь от своего патрона Абделя Кадера.

– Любая мелочь имеет значение.

– Тогда слушай. У меня есть один знакомый, который ежедневно посещает полицейский участок Колабы. Мы разговаривали с ним сегодня утром, и он упомянул иностранца, которого держали там за решеткой несколько месяцев назад. Он сказал, что у этого иностранца было прозвище Тигриный Укус. Не знаю уж, за какие подвиги тебе дали его и кого ты кусал, но это не мое дело. Alors[105] он сказал мне, что этот Тигриный Укус был задержан по доносу женщины.

– Он не сказал, как ее зовут?

– Нет, он сказал, что не знает, но добавил, что она молодая и очень красивая. Впрочем, это он мог, конечно, и выдумать.

– А на этого твоего знакомого можно положиться?

Дидье надул щеки и с шумом выпустил воздух.

– Можно положиться только на то, что он солжет, обманет и украдет что-нибудь при первой возможности. Однако в данном случае, мне кажется, ему нет резона сочинять. Думаю, ты действительно стал жертвой какой-то женщины, Лин.

– И не он один, йаар, – мрачно бросил Викрам.

Он прикончил свое пиво и вытащил одну из длинных тонких сигар, которые курил не столько потому, что испытывал потребность в этом, сколько для того, чтобы добавить последний штрих к ковбойскому костюму.

– Ты уже несколько месяцев бегаешь за Летицией, и все без толку, – заметил Дидье чуть ли не с отвращением. – В чем дело?

– Ты меня спрашиваешь? Да я уже все ноги истоптал на этом кроссе и ни на шаг не приблизился к финишу! По правде говоря, я уже и не знаю, в каком направлении надо бежать, йаар. Эта крошка доконает меня, это точно. Эта несчастная любовь доконает меня. Я чувствую, что скоро взорвусь, блин!

– Слушай, Викрам, – сказал Дидье, и глаза его лукаво блеснули. – Мне кажется, я знаю, что тебе надо сделать.

– Дидье, дружище, я приму любой совет. Все так паршиво – с Индирой и вообще, что мне надо использовать любой шанс, пока мы все тут не провалились в тартарары.

– Тогда – attention![106] Для осуществления этого плана требуются решимость и точный расчет. Любая оплошность может стоить тебе жизни.

– Жизни?

– Да. Ошибиться нельзя. Но если этот план удастся, ты завоюешь ее сердце навечно. Ты достаточно, как говорится, рисковый парень для этого?

– Я? Да я самый рисковый ковбой в этом салуне, йаар. Выкладывай свой план.

– Я воспользуюсь моментом и откланяюсь, друзья, пока вы не углубились в детали, – вмешался я, поднимаясь. – Спасибо за подсказку, Дидье. И хочу дать одну подсказку тебе, Викрам, если ты не против. Прежде чем ты приступишь к осуществлению этого плана, в чем бы он ни состоял, перестань называть Летти сочногрудой английской цыпочкой. Всякий раз, когда ты это произносишь, она морщится так, будто ты на ее глазах придушил кролика.

– Ты серьезно? – озадаченно нахмурился он.

– Абсолютно.

– Но это одна из моих коронных фраз, черт побери. В Дании…

– Тут тебе не Дания и не Норвегия со Швецией, дорогой.

– Ну ладно, Лин, раз ты так говоришь, – засмеялся Викрам. – Послушай, если ты выяснишь насчет тюрьмы – в смысле кто упек тебя туда – и тебе понадобится помощь, то рассчитывай на меня.

– Конечно, – ответил я, с благодарностью посмотрев ему в глаза. – Непременно.