Шанс номер два

Часть первая

Им много достается, – насквозь промокшим дням в конце сентября. Всего: мокрой грязи на колесах грузовиков, чертыхания пешеходов, которых обдало брызгами проехавшее у кромки тротуара спешащее в аэропорт такси, резких порывов ветра, прев-ращающих мелкий дождичек в перекрестный пулеметный огонь, от которого не спасет и широкий зонт. Но больше другого этим дням достается непонятного, странного чувства: жизнь мокрой землей проседает вниз, и кажется – вот-вот обнажится скрытое под верхним слоем почвы нечто: то ли второпях закрытый сундук, то ли неглубоко схороненный мертвец. – вынырнет это нечто из своего подземного схрона и что произойдет?.. Озолотит тебя судьба неожиданным кладом? Напугает до смерти, засмердив воздух вокруг запахами разложения?

Странное чувство оживает в душе в эти дни, – ждешь чего-то, боишься и не веришь себе. Ведь все тогда становится зыбко, туманно, пасмурно. И на какие дела не решишься, чего не сотворишь, когда жалобно скрипящие на столбах фонари едва разгоняют моросящий сумрак, а бледная луна похожа на единственный глаз мерзкой крючконосой старухи, поглядывающей в темное окно, как трое насилуют в ее заросшем бурьяном палисаднике девушку. Подглядывающей, но не вмешивающейся…

* * *

Неделю дождь лил не переставая, и все, о чем мечталось, чем жилось, – постепенно пятилось, отступало под натиском этой огромной влажной гидры. Она обхватывала мир своими мокрыми лапами, и он замедлялся, хлюпал. Низкое небо давило на виски, подскочила статистика скорой помощи, – больше инфарктов, инсультов. Милиция сталкивалась с бессмысленными, жестокими убийствами, а по обочинам шоссе у постов ГАИ можно было встретить не один искореженный автомобиль. Но, слава Богу, в этот поздний час гразно-желтый рейсовый «Икарус» все еще благополучно тащился по окутанным мраком новогиреевским{1} улицам, на каждом повороте опасливо выхватывая ближним светом то столб, то уснувший газетный киоск, то пешехода, поднявшего воротник насквозь промокшего плаща. Мотор урчал, в за-темненной кабине водителя временами ярко вспыхивал огонек сигареты, косые струи воды с бессильным ожесточением разбивались о стекла салона, так что после третьей остановки у Алексея постепенно возникло ощущение некоего разморенного покоя, временного сухого комфорта. Мозг стала вкрадчиво опутывать лень.

Он занял место сразу за кабиной водителя, видел салон автобуса лишь в смутном отражении на плексиглазовой перегородке, ничто не беспокоило, не отвлекало и, по большому счету, мог вполне позволить себе вздремнуть минут пятнадцать-двадцать, благо дорога предстояла сравнительно неблизкая. Перед остановкой же, на которой ему нужно было выходить, автобус проезжал по ремонтируемому участку улицы – тряска на колдобинах и рытвинах неминуемо заставила бы Алексея проснуться.

Но разве в такую погоду можно спать! Странные попадаются люди, – утверждают: в дождь достаточно закрыть глаза, как сон окутает тебя сам. Вот уж неправда! Когда от земли поднимается влажный, гнилой запах, а опавшие осенние листья бысто превращаются на асфальте в бурое месиво, сон уже не может приходить и уходить, как награда за усталость, за четвертьчасовое ожидание на продуваемой сырым ветром остановке.

Не отдавая себе отчета, он постоянно боялся наступления подобных дней. Боялся и ждал. Потому что всегда было интересно. Они походили на напряженную ночную погоню, – опасную неожиданными засадами ускользающего противника, ловушками на темных лесных тропах, но вместе с тем, полную изумительного восторга борьбы, где шансов на победу, удовольствие немного, и тем ценнее каждый из них.

Когда по обыкновению осенней поры полил дождь, у него появилось два новых, которые он, склонный все в жизни учитывать по-бухгалтерски точно, окрестил шансом номер один и шансом номер два.

* * *

Водяные подтеки на стекле поползли вбок, – автобус прибавил скорость на прямом,-длинном участке маршрута между двумя остановками. У водителя вполне мог найтись повод для спешки, – желание наверстать упущенное время по графику или получить возможность сыграть лишнюю партию в домино со своими товарищами на конечной остановке. Был ли смысл нервничать и раздумывать над тем, как ускорить достижение желанного результата у Алексея? В конце концов, шанс номер один требовался ему больше для потворства собственной жадности. Но шанс номер два!..

Откуда, черт возьми, взялся в столь поздний час да по такой погоде контролер?! – этого Алексей понять не мог. И наверняка, до последнего момента, до фразы "Предъявите билет!" так бы и не заметил, – ведь сидел-то спиной к салону, – рослого дядьку, которому, казалось, самому неудобно было тревожить немногочисленных пас-сажиров. Тем более, то время для проверки действительно не подходило. Спасли два парня, сидевшие, в свою очередь, спиной к Алексею. Они-то засекли опасность вовремя: "Глянь, контролер!" – бросил один другому.