Читаем Шанс на счастье полностью

Почему нельзя просто не быть? Почему нет такой функции? Нажал бы какую-нибудь кнопку и всё: тебя нет. Словно никогда и не было. Ведь ничего не поменяется вокруг от того, что один человек исчезнет. Люди всё так же будут вставать рано утром и спешить на работу. Клиенты также будут заказывать приваты. Ира будет также отчитывать девчонок, просто меня тут больше не будет… Нигде меня не будет… Внезапно тёплая ладонь касается моего плеча, и я резко поднимаю голову, видя в зеркальном отражении Демида.

– Всё в порядке? – он снова рядом, когда я готова сорваться. Что это? Забота? Участие? Или ему просто скучно?

– Да, всё нормально, – я выпрямляю спину, убирая с лица пряди волос.

– Ира сказала, ты запорола номер. Устала? – он начинает мягко массировать мои плечи, а мне выть в голос хочется от его прикосновений. Обернуться бы и утонуть в его руках, чтобы не думалось ни о чем, как в ту новогоднюю ночь.

– Нет, это просто моя оплошность, – произношу, проглатывая вставший в горе ком.

– Давай отвезу домой, а то там Баська, наверное, опять своего мелкого в шкаф спрятала, – эта фраза заставляет меня улыбнуться. Бася в последние дни, словно сошла с ума. Она таскала котёнка по всей квартире и прятала то в шкафу, то в корзине с бельём, то на кровати под одеялом.

– У меня ещё два выхода, и если будут заказы, то приваты между ними, – произношу, а сама бы с удовольствием согласилась на его предложение. Дома он другой, не смотрит так… осуждающе.

– Я сегодня вместо Артёма до конца вечера. Если хочешь, могу попросить Иру не нагружать тебя.

– Какое соблазнительное предложение – воспользоваться близким знакомством с руководством, – я выдавливаю из себя улыбку. – Но всё же я откажусь и пойду честно, в поте лица, зарабатывать свои кровные, – стоит мне договорить, как дверь снова открывается, и в комнату заходит Анжелка с Галей, а следом за ними Ира. Демид проводит ладонями по моим плечам и убирает руки.

– Вик, приват, четвертая випка слева. И давай без фокусов, – Ира грозит мне пальцем, словно учитель школьнице.

– Хорошо. Уже иду, – я поднимаюсь и, стараясь не смотреть в глаза Демиду, выхожу из гримерной. Надеюсь, в этой випке меня не ждет какой-нибудь старый лысый козел без тормозов.

***

Мы возвращались домой в полнейшей тишине. Дороги в шесть утра были полупустыми, и я расслаблено вел машину.

Вика смотрела в окно и молчала, ночь выдалась тяжелой, и настроение было соответствующее. Хоть она и повторяла, как заведенная, что «всё хорошо», и «всё в порядке», но потухший взгляд была спрятать не в силах. Мне порой казалось, что в ней уживается две личности одновременно: та Вика, что была на сцене «Эры», и та, что в выходные готовила ужин на моей кухне. Это были абсолютно два разных человека. Всё равно, что сравнить соблазнительную хищницу и домашнюю девочку-отличницу. Парадокс, но эти две грани уживались в одной женщине. И сегодня в гримерной, я впервые увидел, как они смешались друг с другом. Диссонанс: сидевшая перед зеркалом девушка выглядела, как проститутка, но имела взгляд потерянного ребенка. На какие-то доли секунды мне захотелось её встряхнуть, смыть с неё этот яркий макияж, натянуть поверх ничего не скрывающей сетки свою футболку и увезти домой. Туда, где она становилась другой, той, которая пробуждала во мне желание прикоснуться к ней, обнять, зарыться пальцами в её волосы с запахом травяного шампуня…

– Красиво, – внезапно произнесла Вика, заметив в одном из скверов украшенную ёлку. Включив поворотник, паркуюсь у входа в сквер. Зачем? Да фиг его знает. Почему бы и нет? Всё равно уже не высплюсь, плюс-минус двадцать минут роли не сыграют.

– Пойдем поближе рассмотрим, – предлагаю и улыбаюсь, замечая её растерянность. Выхожу из машины и, открыв дверь с её стороны, протягиваю руку.

– Ты устал, зачем? – снова эта неуверенность.

– Ты тоже устала, но на пятнадцать минут прогулки, думаю, нас хватит, – она робко улыбается, и мы идем по заснеженной тропинке сквера, рассматривая иллюминацию, снежный городок и огромную ёлку, сверкающую огнями.

– На горку пойдем кататься?

– Что? – её глаза становятся, как два блюдца. – Я, наверное, со школы на них не забиралась.

– Пошли, – тяну её за руку в сторону самой большой.

– Демид, нет! Она сильно большая, я боюсь.

– Не будь трусихой, поднимайся, – прихватив большую картонку, мы забираемся по ледяным ступенькам наверх.

– Может, ты один прокатишься?

– Нет, садись и не бойся, – мы скатываемся вниз. Вика сначала визжит от страха, вцепившись в мою руку, а потом заливается смехом. Помогаю ей подняться, и зависаю, глядя в её глаза, полные восторга, наполненные искренней неприкрытой радостью. Мне нравиться, когда она смеется…

– Пошли, тут ещё около шести непокоренных горок.

– Ты с ума сошёл.