Читаем Шамал. Том 1 полностью

– Даже в лучших домах. Повсюду за исключением современных отелей. Если поразмыслить об этом, Мак, то на корточках сидеть более гигиенично: никакая чувствительная часть тела не касается ничего чужеродного. Потом еще вот это. – Генерал указал на короткий шланг, прикрепленный к кранику на туалете. – Мы пользуемся водой, а не бумагой. Всегда пользуемся левой рукой, это грязная рука, правая – для еды, поэтому ты никогда ничего не предлагаешь и не протягиваешь левой рукой. Очень, очень невежливо, Мак. Никогда не ешь левой рукой и не держи в ней бокал или чашку в исламском мире, и не забывай, что в большинстве туалетов, как бы они ни были устроены, шлангов ты не найдешь, поэтому приходится черпать воду из ведра, если оно вдруг есть. Как я уже говорил, дело это непростое, но так уж мы живем. Кстати, в исламе у нас нет ни одного левши. – Опять добродушный хохоток. – Большинство мусульман вообще не могут это сделать с удобством для себя, если не сидят на корточках. Поэтому многие забираются на западный унитаз с ногами, когда им надо облегчиться. Странно, не правда ли, но, с другой стороны, за чертой большинства городов, а порой и в их черте, практически на всей территории Азии, Ближнего Востока, Китая, Индии, Африки, Южной Америки даже канализация отсутствует…

– О чем задумался, Мак? – произнес Локарт.

Высокий канадец сидел напротив него в таком же старом уютном кресле. Электрическое освещение и камин были включены на полную, питаемые их собственным генератором.

Мак-Айвер хмыкнул.

– Я тут думал о туалетах, где приходится сидеть на корточках. Терпеть их не могу, и эту чертову воду. Просто никак не могу к ним привыкнуть.

– Меня это перестало беспокоить, я уже даже внимания не обращаю. У нас как раз такие в квартире. Шахразада сказала, что поставит «западный» туалет, если мне хочется, в качестве свадебного подарка, но я сказал ей, что справлюсь. – Локарт криво улыбнулся. – Сейчас-то я уже привык, но бог ты мой, в свое время эта штука Дердру просто из себя выводила.

– У всех жен то же самое. Ничто другое так их не доставало, всех их, и Дженни тоже. Но не моя же это вина, что большая часть мира делает это именно таким образом. Благодарение Богу, у нас в квартире настоящий туалет, а то бы Дженни точно взбунтовалась. – Мак-Айвер повертел на рации ручку громкости. – Ну давай, Фредди, – пробормотал он.

На стенах висело множество карт, ни картин, ни фотографий, хотя пыльное пятно на стене за столом напоминало об одной, которую недавно сняли – обязательный фотопортрет шаха. За окнами ночное небо было освещено пожарами, которые тут и там яркими пятнами расцвечивали силуэт погруженного в темноту города; ни огней в домах, ни горящих уличных фонарей – свет горел только у них в кабинете. Звуки стрельбы, ружейной и автоматной, перемешивались с неумолкающим теперь в городе звуком – толпами людей, ревущих «Аллаххх-у акбаррррр…»

В динамике возник голос:

– Ковисс на связи, говорит капитан Эйр. Слышу вас хорошо, капитан Мак-Айвер.

Оба мужчины вздрогнули, Локарт выпрямился в кресле.

– Что-то не так, Мак, он не может говорить открыто, кто-то слушает рядом.

Мак-Айвер переключил рацию на передачу.

– Ты что, теперь сам себе радист, Фредди, – специально спросил он, чтобы исключить ошибку, – да еще и сверхурочно трудишься?

– Просто случайно оказался здесь, капитан Мак-Айвер.

– Все пять на пять? – Это означало максимальную силу проходящего радиосигнала или, на языке пилотов: «У вас все в порядке?»

После короткой паузы, которая сказала им «нет», последовал ответ:

– Да, капитан Мак-Айвер.

– Хорошо, капитан Эйр, – произнес Мак-Айвер, подтверждая, что все правильно понял. – Пригласите к аппарату капитана Старка, будьте добры.

– Виноват, сэр, не могу этого сделать. Капитан Старк все еще в Бендер-Деламе.

– Что он там делает? – резко спросил Мак-Айвер.

– Капитан Лутц приказал ему задержаться там и приказал капитану Дюбуа завершить перевозку особо важных персон, затребованную «Иран Ойл»… и выполнявшуюся по вашему разрешению.

Старку до отлета удалось связаться с Тегераном и объяснить Мак-Айверу проблему, возникшую с муллой Хусейном. Мак-Айвер дал разрешение на полет при условии, что он будет согласован с полковником Пешади, и сказал Старку, чтобы тот держал его в курсе.

– 125-й прибудет в Ковисс завтра, капитан Эйр?

– Это возможно, – ответил Мак-Айвер, – но кто может знать наверняка. – По плану 125-й должен был прибыть в Тегеран вчера, но из-за вспыхнувшего вблизи аэропорта бунта все прибытия были временно отменены до следующего дня, понедельника. – Мы работаем над получением разрешения на прямой перелет в Ковисс. Дело сложное, поскольку военная служба управления полетами… недоукомплектована людьми. Тегеранский аэропорт… э-э… забит, поэтому мы не можем вывезти никого из членов семей наших сотрудников. Передайте Мануэле, чтобы была готова, на случай если мы получим разрешение. – Мак-Айвер поморщился, пытаясь решить, как много он может позволить себе сказать в открытом эфире, и тут увидел, что Локарт делает ему знак.

– Давай я, Мак. Фредди говорит по-французски, – шепнул Локарт.