— Фатих, тебя никто останавливать не будет.

— Ну, а как же компания? Кристина, уверен, не против. Детишек спровадим и…

— У меня еще есть дела.

— Сегодня⁈

— Да.

— Ты же только с больничной койки, сам же сказал! Надо расслабиться хоть…

— Брат. У меня — есть дела. Именно потому, что я валялся на койке.

Кажется, Фатих понял без слов, что я имею ввиду. Вздохнув, еще раз полил пивом землю внизу и выпил остаток бутылки.

— Бисмилляхи р-рахмани р-рахим, Нелей.

— И еще кое-что.

— А?

— Завтра мы с Кристиной хотим пожениться.

— О, поздравляю!

— Будет церемония… Она выбрала довольно необычную, из архивов Единства.

— Круто! То есть завтра быть потрезвее⁈ Ясно, понятно. На сегодня хватит шести бутылок и стопки! А что там?

— А вот это забавно. Слушай…

Глава 14

Поминовение

Увесистый удар в нос. Резкий горько-соленый запах крови не заставил себя долго ждать.

Еще удар. Солнечное сплетение. Воздух сперло. Кровь ушла дальше по носоглотке и потекла где-то по небу.

И еще. В этот раз в висок.

Образ скорбящего мужа, отца и брата в едином лице — стал темнеть. Весь мир вокруг и так не отличается яркостью красок, с тех пор как очнулся, но теперь стало куда мрачнее.

И только сатанинский Минотавр оставался все так же четок: перебирая копытами, невозмутимо бредет с дубиной, взрыхляющей землю.

И этот зверь — совсем рядом. Даже ближе, чем тогда в палате за спиной у Кристины. Обшарпанные шипы, размером с голову, с засохшей темно-багровой субстанцией, рассекают воздух в опасной близости от мужика, что вымещает на мне всю накопившуюся злость.

И Гай имеет право злиться.

— Сука. Ублюдочная тварь!

— Прекрати, Гай!

— Иолана. Нахрен. Я убью скотину.

Еще один удар. Кажется, что-то хрустнуло в районе челюсти. Хоть я и стою на ногах, сознание все сильнее склоняется к новой отключке. Но боль в теле по сравнению с той, что у меня на душе сейчас — ничтожна. И она не позволяет мне уйти в дремы очередной безмятежной комы.– Я виноват. Серьезно и бесповоротно.

— Убью. Сука!

Очередного удара не последовало.

— Нет.

— Дрэй! Пусти!

— Нет.

— Эклер мертва! Жаклин Мертва! Пусти!

Дрэй хоть и помельче разъяренного Гая, но сдерживать потерявшего дочку и жену — пока получается.

Получалось. Удар прилетел и заступнику локтем по щеке.

А затем и мне еще пачкой тяжелых кулачных прямых.

Пусть бьет. Не буду даже сопротивляться. Не испытывал раньше такого чувства вины ни перед кем.

— Хватит, Гай! Я потеряла сестру и брата. Мне также грустно, но парень тут ни при чем!

— Заткнись. Я убью его.

Удар слева по другому виску. Я зажмурился.

— Как он убил дочь.

Удар справа по уху. Звон. Щемящий и искореженный.

— Как он убил партнершу.

Удар… не прилетел.

— Отец. Не надо.

Веки с трудом разлепились.

Причиной внезапной остановки моего избиения до смерти стал сын скорбящего в гневе Гая.

Накачанный парень с короткой стрижкой перехватил на замахе удар, возможно даже летальный, и развернул к себе рыдающего отца.

— Сын…

— Отец. Прекращай. Нелей не мог знать, что так все обернется.

— Но семья…

Гай заикался. Схоже с Кристиной: в моменты нервных припадков — слова излагались с трудом.

— Отец. Хватит. Отпусти. Никому на пользу еще одна смерть не пойдет. И глянь: ты в порыве чуть не убил одним ударом хилого Дрея.

Эллей, мой спаситель, стоял напротив. Как понимаю, самый сообразительный и умный во всем их семействе.

— Я… я…

— Хочешь, чтобы Иолана потеряла еще одного близкого? И в этот раз от руки Зятя?

Даже учитывая неустойчивое психическое состояние парня, что ближе по возрасту к Фатиху, чем ко мне — он прекрасно осознает ситуацию.

— Сын…

— Отец. Отпусти. Шелдон — простил. Арсений — также. Я… Тоже. Хоть и почти лишился рассудка и теперь… Я отпустил. Все хорошо.

— Я… Сын… Он…

— Хватит. Отпусти Жаклин и Эклер. Они бы так поступили.

Гай обнял старшего сына. Обернулся ко мне и подал руку — в качестве мира.

— Ничего. Я все понимаю. Имеешь право злиться… Я сам…

— Нэл. Кончай себя бичевать. Видишь,, отец…

— Вижу. Хорошо.

Я пожал протянутую руку, ощущая при этом жгучее желание свалиться бесчувственно на пол. Но нет, Нэл. Нет. Еще не все ты закончил. Так просто вину не загладить, и ни я, ни Гай, да и, скорее всего, ни сам Эллей все позабыть и оставить в смутном прошлом — не сможем.

— Гай, Эллей. Я пришел предложить пойти попрощаться с ними.

Хватка новоиспеченного отца-одиночки троих парней усилилась.

Старший сын смотрел с недоумением.

— Мы все лежали в лазарете и не имели возможности.

— И что ты предлагаешь, Сын Посейдона? В прошлое не возвратиться, упущенных дней нам не вернуть, мгновений скорби…

— Эллей, возможность имеется.

Гай наконец-то отпустил мою руку. Запястье застонало от боли.

На лице всех присутствующих в уютном фойе с диваном цвета беж читалось непонимание.

— Единство записывает все события с разных углов в Бахчисарае. С учетом того, что у нас есть свидетели события…

Иоланта, утратившая сестру и брата, всхлипнула. Черт, слишком формально, без уважения…

— Нелей, ты предлагаешь нам еще раз войти в Симуляцию?

Юноша рассудительно почесал подбородок.

— Да. И пережить церемонию, вместе со всеми.

— Ты…