– Не знаю. Нам известно, что люди могут жить в лагерях червей, и нам известно, что человек может приручить червя так, чтобы сосуществовать с ним как с партнером. Или наоборот. Но каков механизм – это мы узнаем только в том случае, если Бразильская экспедиция генерала Тирелли завершится успехом. На нашем континенте мы не изучаем лагеря червей, мы сжигаем в них все дотла. И особенно ренегатов.

– Вы с этим не согласны?

– Напротив, очень даже согласен. Я считаю, что мы должны сжигать каждого проклятого ренегата, где бы его ни встретили. Но очень хотелось бы сначала допросить нескольких, вот и все. Беда только в том, что довольно быстро они перестают понимать человеческую логику. Для общения нет точек соприкосновения. Они не хотят или не могут вернуться к своему прежнему состоянию. Я не знаю.

В этот момент меня прервал Зигель: – Капитан… – Его голос звучал подавленно. – Да?

– Главный экран.

Я посмотрел на главный экран, показывающий вершину отдаленного холма. Султаны пыли рассеялись. Три червя застыли на гребне, глядя вниз. Они изучали нас, как три изголодавшихся путника смотрят на очень короткое меню в придорожной харчевне.

Первоначально ядовитые жигалки образовывали постоянные рои над хторранскими гнездами, имеющие такую плотность, что воздух становился серым и зернистым. Освещенность земли под ним заметно снижалась.

Незащищенный человек в гнезде-мандале с большой вероятностью подвергнется нападению жигалок. Без соответствующей защиты он получит столько укусов этих ненасытных «насекомых» в оголенные участки кожи, что в течение нескольких минут превратится в окровавленную массу. Не исключено даже, что большая часть крови будет высосана из тела несчастной жертвы в течение часа.

«Красная книга» (Выпуск 22. 19А)

22 ВГЛУБЬ

Какое-то время я не говорил ничего. Не то чтобы сказать было нечего – просто слова сейчас были лишними.

Но Уиллиг выжидательно смотрела на меня, хотя я и не мог видеть выражения ее лица, сидя за своим терминалом. Зигель, я знал, тоже с нетерпением ждал моего решения. Парня следовало подтолкнуть. И остальным тоже не помешала бы некоторая уверенность в том, что их капитан не струхнул.

– Ладно, – вздохнул я. – Зигель, проверь, сильно ли мы увязли. На случай, если придется пропахивать борозду…

– Мы сидим довольно глубоко, – сообщил он не слишком радостным тоном. – – Я сделал несколько прикидок прошлой ночью и еще несколько как раз перед тем, как вы проснулись. Довольно клейкая штука, Мы по бедра в грязи.

– Теперь скажи то же самое, только короче.

– Я думаю, нас засосало.

– Ты не можешь сдвинуться с места?

– Я пытался всю ночь. Но что бы я ни делал, становилось только хуже. Это вещество – я не знаю, что это такое, не грязь, не песок, – оно ни на что не похоже. Плы-вет как жидкость, а когда начинаешь двигаться – схватывается, как цемент. Тракам не за что зацепиться. Мне жаль, капитан, но машина не может сдвинуться ни на миллиметр.

– Все верно. Мы завязли. Имеем снаружи трех червей. И не можем вызвать помощь. А теперь давай выкладывай плохие новости.

Зигель не ответил. Тишина на переговорном канале неприятно затянулась.

Отвратительная мысль пришла мне в голову. Уиллиг пристально наблюдала, как я поднимаюсь из кресла и направляюсь в кокпит, чтобы лично взглянуть на Зигеля. А заодно проверить Локи и Валаду, работающих на своих постах. Лопец спала. Я протянул руку и выключил переговорный канал.

– Ладно, – тихо сказал я Зигелю. – Сдаюсь. Что ты не хочешь говорить?

Зигель озадаченно посмотрел на меня: – Я все сказал, капитан.

– Тогда я не понял. Вы – ребята неглупые и понимаете, в какое положение мы попали. Но вы воспринимаете это чересчур уж спокойно. Что происходит?

– Капитан. – Зигель развернулся вместе с креслом лицом ко мне. – Если вы боитесь Рэнди Данненфелзера, почему мы должны бояться трех маленьких хторран?

– У этих маленьких хторран большие рты.

– Данненфелзер кусает больнее. Я поднял руку.

– Пусть насчет этого болит голова у биологов. Мы получали какие-нибудь сигналы по сети? Какие-нибудь сообщения?

Зигель погрустнел.

– Простите, сэр. Ничего не было.

– Merde. – В ответ на насмешливый взгляд Зигеля я добавил: – Пардон за мой французский. Я хотел сказать: дерьмо! – Я опустился в кресло второго водителя. – Все в порядке, мы пошлем «SOS». Потребуем немедленной эвакуации. По всем каналам. Они не смогут это проигнорировать.

– А если все-таки проигнорируют?

– Тогда ты и я получим привилегию давать свидетельские показания, когда их будет судить трибунал.

Зигель особой радости не выказал.

– Вы уверены, что хотите послать «SOS»?