Читаем Североморье (СИ) полностью

      Быстро соображать не получилось - перехватив его руку, правой со всей силы врезала в пах; перекувыркнувшись, принимая боевую стойку, с отчаянием понимала - без оружия, противник я для него слабоват!! И...окаменела, почти. Гад хрипел на все лады, с кинжалом в шее, по рукоятку... И силы оставили меня, ноги подкосились - я рухнула на траву; за зарослями был Джон!! Замерев, со слезами, просто льющимися из глаз, придерживая платье на груди, неотрывно смотрела - смотрела на него... Крики боли врагов раздавались все чаще; последнего он, кажется, банально поднял и шмякнул об дерево.... 'Растон! Приготовить карету с лошадьми! Быстро!', и бросился ко мне.

      'Еле!! - подлетев ко мне, и немного больно схватив за плечи, он осматривал меня так, что я ....начала краснеть. В его глазах стоял ужас, кошмарный, беспросветный... 'Я...я надеялся, что ты в карете, что Растон сумеет ее отогнать на безопасное расстояние! Его зажали рядом с лошадьми, потом твой крик! Я почти с ума сошел....Никогда прежде не дрался на мечах на бегу....Еле, прости....' - его взгляд чуть более осмысленно скользнул по мне, по порванному платью, по рукам, прикрывающим грудь....и он рванул меня к себе...И губы, причиняя боль, жестко завладели моим ртом.

      'Господин Корд, простите, что отвлекаю, но ...возле кареты люди появились!' - жалобно прозвучал крик Растона. И глухой в ответ стон Джона, и руки сжатые в кулаки, и грудь с бешено колотящимся сердцем, и глаза, полыхающие огнем... 'Еле....пойдем....не надо на траве...сидеть. Застудишься' - придерживая меня за руку, он помогает подняться. Мгновение смотрит, и вздохнув, тихо прошептав мне на ухо: 'Какая же ты...соблазнительная', рывком берет на руки. От красноты меня спасают сумерки, укутавшие уже землю.....

      А возле кареты обнаружилась группа всадников, освещенная факелами. При этом выяснилось, что это жители, из поселения Иртывы; ехали они в гарнизон просить защиты от шайки Кросаля - но похоже, ехать надобность отпала. На мой вопрос: 'Почему?', заданный из кареты, радостно всей гурьбой заявили - что валяется гад с переломанным хребтом недалеко отсюда. И от всей души хотят поблагодарить благородного господина, освободившего их поселение - трясут руку Джону, просят оказать честь - посетить Иртывы. 'Мы, правда, торопимся....' - и подойдя ко мне, выглядывающей из окошка, Джон тихо спросил: 'Еле, ты как?'. 'Терпимо...Что они хотят?'. Он молчит, лишь в темноте задумчиво мерцают его глаза. 'Хотят, чтобы мы стали их гостями.... Понимаешь, я не знаю, насколько дальше безопасна дорога...Вот в чем дело. Давай, дождемся утра в поселении, и на рассвете поедем. Хорошо?' Я кивнула, не сводя с него глаз. 'Ну, вот и ладно' - он, неожиданно нахмурившись, внимательно смотрит на меня и замолкает; крикнув Растона, вместе с ним стремительно исчезает в темноте...

      Оставшись одна, зябко поежилась...Перед глазами всё гад этот, лапы его, рвущие платье и бьющие по лицу...Ох, сцепила зубы, не давая вырваться плачу....Соберись, Еле, не кисейная чай, барышня....Вроде стражница. И не выдержав, всхлипнула... Еще эта старуха на дороге....Да что ж такое то? Что происходит?? Вспомнилось, что после ее прихода все нападения и начались...И опять слезы....Черт...

      Откинувшись на сидение, вытирая глаза, немного осмотрела свой внешний вид - да, зашибись, кто не понимает... Платье порвано, кружева словно лохмотья свисают, снизу целого куска ткани нет... Видок тот еще....Твою мать...За столь горестным занятием меня застал Джон - сев в карету, зычно крикнув: 'Растон, трогай', - и протягивая мне плащ, свой плащ.... Сжав мою руку, обеспокоено вглядывается в лицо - и тихо шепчет: 'Ты моя смелая, храбрая девочка...' - и прижимает к себе.

      ...Шумящий темный лес, скрип колес, негромкий говор и освещенная впереди дорога факелами - я крепилась....Но что-то нехорошее, темное уже караулило мое сердце, не давая нормально вздохнуть. И уткнувшись Джону в грудь, сжав руки, зашептала молитву....

      А впереди показались огни поселения, закрытые наглухо ворота, и сторожевая вышка... Мы приехали. Меня сразу провели на второй этаж крепко сколоченного большого дома, в небольшую комнату...Дом Карла Дюшуе, главы поселения. Осмотревшись, увидела трюмо с зеркалом, кровать с балдахином, шкаф; на одной из темных деревянных стен полка с большим количеством книг, в бархатном переплете...В дверь, чуть позже, постучала девушка-служанка, представившись Нирой, принесла кувшин с полотенцем, платье и предложила мне помочь. Ее помощь я с благодарностью приняла, лишь узрев на платье 'любимые' мной крючки...Увидев мои ободранные плечи, она куда-то смылась, вернувшись с заживляющей мазью....Моей благодарности не было предела...Сообщив, что все собрались на первом этаже, предложила показать дорогу.