Читаем Северный щит полностью

– Точно. Найди в торговом квартале Тихоры лавку «Тут», спроси Софию. Если забудешь имя, оно есть на конверте.

– Хорошо.

– Благодарю.

После библиотеки, Марк прошатался до обеда, пока его не нашел Данил, который сообщил Электо, что Сеня еще не вернулся из города. А поскольку тот под ответственностью Марка, Данил отправил парня за племянником. Марк взял письменное разрешение у Рониса, забрал лошадь из стойла, отчитался о временном отъезде, и поскакал в Ласбург.

В городе, на воротах, Электо спросил у стражника, про таверну «Альбинос» и узнал, что искать ее надо в восточной части нижнего квартала.

– Спустишься вниз, там еще вниз и налево от борделя, прямо, прямо и уткнешься. – сказал плешивый стражник с отвисшей губой.

Марк направился по заданному маршруту. Здесь парню открылась вся прелесть нижнего квартала, где после заката опасно было передвигаться всем, кто жил за его пределами. А было дело уже к пяти вечера. Грязь, помои, дерьмо по краям дороги стекали ручьями, пьянь в подворотнях, какие-то неразборчивые крики, на улицах начали появляться местные, плетущиеся с работы, отвратительные, потные, грязные люди, желающие забыться в ближайшем трактире. Марк натыкался на местные лавки, как правило это были небольшие помещение, выделенные на первом этаже дома хозяина. Продавалось там всякое: еда (жратва), спирт, барахло.

Марк подошел к борделю. У него стояли и курили болотку шлюхи (весьма великовозрастные).

– Эй малыш! Как на счет лишиться невинности? – крикнула Марку одна из ряда.

– Ты любишь мамочку? Хочешь я буду твоей мамочкой?! – крикнула другая.

Марк ухмыльнулся. Говорить со шлюхами ему не хотелось, но ответить все же надо было:

– Боюсь сегодня вам придется быть матерями только для своих детей.

Шлюхи остались на своей волне, а Марк пошел дальше.

Через метров 200 дорога начала дробиться на небольшие тропы.

Похоже заблудился…

Марк стоял и почесывал затылок, оглядывая окружение. Но в одиночество стоять ему долго не пришлось. По одной из троп между домами больной походкой шел дед. Видимо какой-то старый рабочий с местной текстильной мануфактуры (по предположению Марка). Марк подошел к нему.

– Доброго. Не подскажете, как выйти к «Альбиносу».

Дед недоверчиво, из-под лба посмотрел на Марка.

– А тебе что там надо? – дед не отводил глаз.

Марк не понял реакцию деда.

– Мне надо в «Альбинос».

Тот еще раз оглядел Марка.

– Ну спустись вниз сейчас. Шагов 100. Потом поверни налево… – дед сохранял пристальный взгляд.

– Благодарен.

Марк уже было двинулся с места, как старик окликнул его.

– Подожди!

Марк резко обернулся. Тот продолжил:

– Ты…

По близости начали появляться люди.

– Ты – наемник?

– Нет.

Дед продолжал смотреть на Марка.

– А выглядишь как наемник. Ты на разборку?

– Какую разборку?

– Что Шведы устроили.

– Какие Шведы?

– Ты зачем в тот район идешь?

– Ты потерялся дед? – здесь Марк счел нужным оставить формальную вежливость и перейти на местный язык – Съебал быстро.

Рядом послышалось:

– Э! Что ты там спизданул? – это фраза исходила от какого-то третьего, но крайне неравнодушного, лица.

– Не понял?!

Тут незадачливый гражданин, весьма омерзительной наружности, разглядел у парня клинок.

– Слышь, ты свой ножик давай скинь.

– Я тебя сейчас на лоскуты порублю. – угрожающе кинул Марк.

Неравнодушный обратился к деду:

– Что случилось?

– Этот хер на разборку за Шведов идет стоять.

– Какие еще нахуй Шведы?!

Марку так и не объяснят, о каких Шведах шла речь. А все было просто: Альбинос был «маяком» нижнего восточного района (то есть, если имели ввиду этот район, то говорили «Альбинос» или «на «Альбиносе»»), в котором происходила разборка шайки Шведов (от фамилии Швед), которые обрабатывали болотку, и местных «старших», которые регулировали темную деятельность района. Шведы не скинулись «в общак», и им «предъявили старшие» и назначали «разборку». А поскольку Шведов было немного и сами они не были какими-либо бойцами, старшие ожидали, что те воспользуются услугами десятка наемников. А дед был «шестеркой» «районного движа». А неравнодушный гражданин был неравнодушным гражданином. А Марк просто оказался не в том месте, не в то время.

– Ты за этих сук хочешь впрячься? За золотые? А ничего, что они крысы ебанные?

– Блядь, три секунды вам, чтобы потеряться…

– ЭЙ! НАРОД!

Марку определенно нужно было, что-то предпринять. И на рассуждения у него не было времени, поэтому парень поступил исходя из последнего опыта: достал клинок и вскрыл неравнодушному брюхо. Сначала упали его кишки с говном, потом и он. Дед, неуклюже отступая, шумел. Вблизи уже успела подняться некоторая активность, а теперь район словно муравейник ожил и зашевелился. Набежали сутенеры, районные «решалы» и их «шестерки». Всего собралось 20 человек (это если считать тех, кто был вооружен). Марк Югай канг Электо дал «по съебам». Толпа за ним, но Марк оторвался, спрятавшись на крыше какого-то дома. Спустившись, парень увидел табличку «Альбинос».

Ты был прав, парень, это – самая убогая ночлежка Севера.