Но не показывая виду, Марк ответил:

– Мастер Тбен – странный человек…

Бо'Пер улыбнулся:

– Это да. Ему уже года 3 как стоит отдыхать на пенсии. Он уже не в состоянии не то, чтобы обучать, а общаться с людьми. Хорошо. Будешь моим учеником. Приходи завтра или после завтра. Я принимаю с 10ти утра до 8ми вечера. Советую приходить пораньше. Ко мне в первой половине дня почти никто не ходит и есть шанс на персональный урок.

– Я Вам очень благодарен, мастер. До свидания.

Бо'Пер был явно удивлен манерам Марка.

– Всего доброго.

Марк вернулся в комнату. На койке копил пролежни Марло.

– Ну как там дела? – поинтересовался Марло.

–  Нормально. Вильгельм, Аристарх, Бо'Пер.

Марло усмехнулся:

– Отличный набор. А Тбену не попался? А то он в последнее время стал новобранцев сам высматривать.

Марк только хотел ответить, как к ним в комнату вошел Ронис. Он заговорил:

– Электо! Что за пиздец?! Ты зачем нам персонал портишь? На тебя обвинение от Тбена. Сказал, что какой-то новенький длинноволосый блондин его избил. А из последних новобранцев ты единственный попадаешь под описание. Ты понимаешь, что за такое ты можешь вылететь отсюда?

Марло сидел ошарашено-веселый.

– Он сам напал. Я старался отвязаться от него максимально тактично, но он стал распускать руки. Я на секунду вообще подумал, что он от меня интима хочет.

Тут Марло не сдержался и рассмеялся в голос.

Вильгельм ухмыльнулся:

– Я не удивлен. Мне даже расследование не нужно проводить. Этот сектант уже окончательно поехал. Я уже как-то выносил на рассмотрение предложение по отправке его на пенсию, после жалобы одной из учениц, но здесь, кажется, решили всех чокнутых со всего клана собрать. Но теперь то он точно отправится на отдых.

Вильгельм вышел, Марло заговорил:

– Ну ты даешь! Осуществил мечту, наверное, каждого в этом лагере!

– Да…забавно. Кстати, Ронис упомянул про девушку, и у меня вопрос: а как их сюда вообще принимают? Я еще, когда с Ронисом знакомился, удивился, когда заметил одну.

– Их тут очень мало. Как, наверное, ты уже мог заметить… – говорил Марло с усмешкой – Как правило это дочери или племянницы щитовцев, которые настояли на том, чтобы они пошли по наемническому пути. А так бабы со двора сюда не попадают.

Марло снова вернул разговор к Тбену:

– А как ты Тбена избил? Сильно?

– Да как избил…руку в морду кинул, а он какой-то хиленький оказался и сразу вырубился.

Сделав небольшую паузу, Марк продолжил:

– Да вообще не надо было его бить, просто толкнуть было бы достаточно. А так чуть из-за какой-то херни не вылетел. Я б себя потом всю жизнь проклинал.

– Не, не проклинал бы.

– Почему?

– Когда тебя исключают, ты потом ничего не помнишь. Ни лагерь. Ни Северный Щит. Как-то одного парня выгнали, соседа моего первого и по совместительству старшего. А через неделю встретил его в городе. Подхожу, приветствую, спрашиваю: «как дела?» …а он посмотрел на меня с удивлением и говорит: « А мы знакомы?» Как-то так.

– Может он просто не хотел с тобой разговаривать?

– Не, я же тебе весь диалог не пересказывал, так, в 2х словах. Но по разговору было понятно, что он события последнего месяца не помнит. Их как будто вырезали.

– Алхимия?

– Да я хер его знает. Возможно. Как-то поинтересовался я у Рониса. Так он мне знаешь, что ответил? Говорит: «хочешь узнать – организуй ситуацию, после, которой тебя выгонят и посмотри, правда все равно забудешь».

На следующее утро Тбен был отправлен на заслуженную пенсию.

Раздел 8

Марк хранил шкатулку с драгоценностями при себе, но парень обнаружил что она куда-то подевалась.

Наверное, в комнате.

Когда Марк подошел к своей комнате, оттуда кто-то выбежал. В руках незнакомца была шкатулка.

Марк погнался за вором. Они пробежали по всему лагерю, через полукилометровый коридор между тянущимися комнатами.

Вор забежал в туалет и закрыл дверь. Марк подбежал, открыл дверь, оцепенел. В полный рост за ней стоял Бьенс, держа в гнилых руках шкатулку.

Хриплым голосом он проговорил:

– Нет. Зря. Ты сделал только хуже. Теперь только хуже.

После через живот Бьенса пронеслась Белла и впилась когтистыми, костлявыми руками в лицо Марка.

Парень закричал и упал, а Белла продолжала уродовать его лицо…

– Эй! Проснись! Проснись! – Марло тряс плечо Марка.

– Ааааа!

– Просыпайся! Сука…

Марк подскочил, замотал головой.

– Сон?! Сон…

– Да, сон. И видимо хуевый. Ты бы себя слышал. Что-приснилось-то?

– Да…бля я уже забыл. Но, очевидно, что-то ебанное – здесь Марк соврал.

– Бывает. Ладно я спать. А то солнце только на подходе.

Электо пытался уснуть час, но так и не смог. Устав вертеться в кровати, парень решил прогуляться.

Рассвет. Белый Утес предстал Марку во всей красе, вид был отменный: первые лучи солнца нежно ложились на белый камень, играли с утренней росой. Мурашки по коже, а внутри – прилив бодрости.

На арене тренировался Ронис.

Теперь Марк прочувствовал, почему тот предпочитал утро.

– Здравствуй, Марк. Присоединишься?

– Конечно.

– У тебя первый урок ведь?

– Да.

– Урок первый – рукопашный бой. – Ронис убрал меч на стойку – Что-нибудь умеешь?

– Нордманский боевой.

– Хорошо владеешь?

Хоть Электо и имел звание мастера, ответил лишь: