Читаем Северная граница полностью

— Не только Кащеева, в книге описывалось все более-менее стоящие и массовые артефакты, которые когда-то массово производили в погибших ныне державах. Ну, чтобы тот кто столкнется с дожившей до наших времен вещью или произведенной по древним лекалам репликой знал, чего от неё ожидать. — На пожелтевших и потрескавшихся страницах Олег обнаружил множество интересной информации. А самым, пожалуй, шокирующим, оказалась маленькая сноска. Мол, приведенные данные взяты из китайского справочника для высших учебных заведений. С учетом того, что в нынешней Империи Золотого Дракона помимо гражданской войны наблюдался тотальный регресс всего и вся, вплоть до отсутствия внятной тяжелой промышленности и вооружения солдат луками и стрелами, видимо не только Россия за последние века умудрилась профукать достигнутый предками прогресс. — Оттуда я узнал, что надетая сейчас на тебе кираса лучшего всего противостоит натиску сил порядка, а хуже всего — хаоса. Величины сопротивления прямому воздействию стихийной магии колеблются от четырнадцати до семнадцати по шкале Оуса. Свет, тьма и смерть — десять единиц, жизнь чуть-чуть не дотягивает до восьмерки.

— Дык, а кто такой этот Оус? — Призадумался бывший крестьянин. — Я вроде того…Книжки, стал быть, стараюсь умные читать, пущай и не всегда их, того-этого, понимаю. Но про него итъ раньше не слышал.

— Видимо какой-то известный древний артефактор, чьи исследования разошлись по всему миру. Во всяком случае, я эту фамилию встречала в каких-то учебниках. — Призадумался Стефан, без остановки лузгающий жареные семечки из небольшого мешочка, и метко сплевывающий шелуху в мусорное ведро, отделенное от толстяка дистанцией в десяток метров. При помощи какой магии у него это получалось, сибирский татарин, скорее всего, и сам не смог бы объяснить.

— И в той трофейной методичке по изготовлению палочек и жезлов, которую Олег на русский переводил долго и упорно, она мне тоже попадалась. — Добавила Анжела, сидящая в уголке помещения на высоком стуле. Руки волшебницы были сложены у неё на животе, а на губах играла счастливая улыбка. Наличие её беременности теперь являлось фактом неоспоримым, пусть даже пока в одежде обнаружить маленькую выпуклость и не представлялось возможным. — Только я вот не могу понять, дорогой, почему ты вдруг всех нас в свою мастерскую притащил, изавел этот разговор.

— Ну вообще-то я вас сюда с двумя целями. Во-первых, мне хотелось во всей красе продемонстировать вот эту малышку, — Олег нежно похлопал свое последнее приобретение по тыльной части. — В отличии от подавляющего большинства отечественного вооружения, её тактико-технические характеристики известны, проверены и даже в определенной мере гарантированы заводом, который выпускает подобные игрушки как раз со времен Союза Орденов. И по всем показателям оно превосходит кирасы, которые я вынес из древнего арсенала…

— Дык, особливо в массе ейной, — согласно покивал Святослав. — Раз, стал быть, в сорок али пятьдесят. Ну и в габаритах исчо маленько…Туточки, они, того-этого, какие? Два на два на два с половиной?

Почти правильных очертаний куб из светло-серого металла казался монолитной глыбой, у которой сложно разобрать где зад, где перед. Но на самом деле внутри эта штука имела довольно сложное строение и несколько напоминала орех, в котором за прочнейшей и толстой скорлупой скрывается ценнейшее содержимое. Внутри стенок из особого секретного сплава прятались руны, большая часть которых обеспечивала защиту от неблагоприятных условий внешней среды, включая продолжительные огненные дожди, космический холод и концентрированные потоки некроэнергии, а меньшая придавала конструкции способность к ограниченному саморемонту. Свободное же внутреннее пространство занимало вполне комфортное пилотское ложе, ряд артефактов, значительно облегчающих объединение с машиной сознания водителя-техномага, позволяющий закапсулироваться наглухо волшебный климат-контроль, да лежащий под ногами маленький плоский и компактный алхим-реактор. Для элитного тяжелого голема он считался резервным, позволяющим магическому боевому роботу даже после потери своего главного «сердца» пару минут крушить ногами здания или испепелять вставших на пути великанов. Но исчезновение трех десятков тонн брони и синтетических мускул вкупе с отсутствием защитных барьеров магистерского класса и шести орудий с автозаряжанием позволяли кабине пилота исправно функционировать на имеющихся запасах топлива до четырех часов.