Читаем Северная граница полностью

— Форс-мажор, значит, — процедил Олег, нежно баюкая пострадавшую руку и посматривая в сторону того замка, который атаковало воплотившееся божество. Точка обзора была у чародея неплохой, поскольку крыша захваченной крепости заметно превосходила по высоте стены соседних замков. Наиболее мощное из имевшихся в Трех Камнях укреплений, того самого во дворе которого располагалась батарея тяжелых мортир, обзавелось оплавленной дырой овальной формы габаритами где-то двадцать на тридцать метров. И углублялась она далеко, очень далеко. И глубоко, ведь исторгнутая языческим божеством отрава ударила под довольно острым углом, устремившись куда-то к фундаменту. К каким именно результатам привела столь наплевательская атака, чародей точно не знал, однако предполагал её крайнюю эффективность. Во всяком случае, все находившиеся во дворе люди лежали мертвыми, хотя на них ни одна капля яда вроде бы и не попала. То ли испарений хватило, то ли эманаций. А по русской армии, увлеченно ломающей барьеры и ворота, пусть постреливали со стен и даже с верхних этажей замка, в том числе и ядрами, но без особого энтузиазма. Словно внутри не целое войско, а максимум пара тысяч каких-то криворуких ополченцев. Плюс пока противник не применил ни одного заклятия, достойного архимагистра. Или тем более двух, да еще находящихся на своей территории, заботливо подготовленной к отражению атаки. Армейские чародеи прикрывали армию барьерами от ударов, процентов на восемьдесят идущих из последней уцелевшей части Трех Камней. — А не скажешь, чем может быть вызван такой форс-мажор? Может, Савва предложил этому богу чего-то такое особенное?

— Нет! Точно нет! Ни разу такого на моей памяти не было ну вот ни разу! А если бы учитель мог, то упросил бы бога покарать японцев или англичан, ну может еще каких заклятых своих врагов…Крепость где-то на глухой окраине страны, которую мы своими силами бы взяли, и с которой точно ничего крупного не обломится, такого просто не стоит. — Выросший на Дальнем Востоке молодой волхв имел какие-то искаженные представления о том, какие территории России вообще-то считаются глушью и безнадежным захолустьем, но в отношении собственного учителя, скорее всего, был прав. Архимагистр ради возможности расквитаться с кровниками потратил чуть ли не все имеющиеся силы, деньги и влияние, а призови он на решающую битву союзное божество, пусть даже совсем ненадолго, то исход сражения стал бы, скорее всего, совсем другим. — Видать, сильно обижен был на кого-то сей бог, раз на молитву вдруг ответил, да так ответил. На османского архимагистра, скорее всего. Если бы на нашего предателя, учитель бы знал и раньше его под удар высших сил подставил, чтобы поднять себе репутацию среди смертных и бессмертных…Да, точно султанский прихвостень тому виной! Турки, они в делах веры серьезны и жестоки, прославиться борьбой с теми, кого они считают демонами и злыми духами, для них почетно. Мог вельможа султанский какой-нибудь храм разорить да осквернить, содрав шкуры с преданных слуг Змея, а то и кого-то из его детей. Но то было либо давно очень, либо в землях заморских, иначе я бы слышал. Может в Африке, может в Индии, куда пираты часто за рабами захаживают, а может и вообще в Китае…

— Магия! Магия вылупляется под нами! — Раздался громкий крик с шипящим акцентом. Один из колдунов-ящеролюдов тыкал в крышу прямо под собой и, если Олег правильно помнил, этот его подчиненный отличался крайне высокой чувствительностью, помогающей ему видеть скопления волшебства или жизненной энергии даже сквозь не особо толстые материальные преграды. Хотя чего-нибудь вроде работающего на всю катушку алхимреактора он бы и сквозь толстенную каменную плиту засек. — Справа! Слева! Везде! Много!