Читаем Север помнит (СИ) полностью

Арья смотрела на задымленный берег с верхней палубы. Корабль сира Джастина стоял на якоре недалеко от берега, в глубокой части гавани, где Студеное море быстрым потоком проходит между исполинских каменных ног Титана. Арья наблюдала, как рушится город, который почти стал для нее домом. Она не знала, что и думать. Она вообще ничего не знала. Она даже не была уверена, что ее зовут Арья Старк. Сир Джастин вынужден был открыть ей ее имя, и оно подошло, но не до конца, словно старая рубашка, из которой она выросла и которая трещит по швам, если попытаться натянуть ее через голову. В глубине души она ощущала себя мертвой девочкой, безымянной, растерянной, очнувшейся в доках Браавоса, чувствуя, как жжет горло яд Безликих. Ей удалось вернуть себе имя, но чуда не произошло. Арья лишь сильнее осознавала, как пусто у нее внутри, ведь она навсегда лишилась воспоминаний о людях, которых любила, о местах, в которых ей довелось бывать. Ожесточившаяся, израненная, всеми покинутая, одинокая… Она видела то, чего не следует видеть детям, сама стала наполовину чудовищем, выпила воды из фонтана смерти. Нет, она не воин-победитель. Теперь она ходячий призрак.

Арья старалась не думать об этом. Ей вообще не хотелось думать. Это невыносимо, когда в голове все перепутано, все не на своем месте и не за что зацепиться. Поэтому она изо всех сил старалась переселяться в кошек, в свою волчицу, в других животных, находящихся поблизости. Но чем отчаяннее она пыталась сделать это сознательно, тем быстрее эти шкуры ускользали, а ей оставалось лишь мучиться от бессилия. Давно нужно было уехать отсюда. Когда Масси спас ее от Тормо Фрегара, он сказал, что они уплывут с первым же отливом, но на самом деле все зависит от того, когда Морской лорд даст ему золото, корабли и воинов, которых он обещал предоставить в поддержку Станниса Баратеона. Однако в ту же ночь почти одновременно загорелись все храмы Рглора, и у Фрегара – ревностного приверженца этого культа – нашлись более важные дела, чем сир Джастин и его корабли. Поэтому они были вынуждены оставаться в гнетущей неопределенности, ожидая возможности вернуться в Вестерос.

Арью не удивляло, что Тормо Фрегар теперь так занят. Она хорошо помнила подслушанный ей разговор с Тихо Несторисом, как раз перед тем, как Фрегар поймал ее и Масси вынужден был вмешаться. Тогда новый Морской лорд гордо заявил: «Неглубокие умы всегда боятся перемен. Могу поклясться, никто не станет жаловаться, когда Браавос обретет мощь древней Валирии. Все-таки мы – ее наследники, и именно здесь Антарион допустил фатальную ошибку. Он хотел восстановить Таргариенов на Железном Троне. Но кому вообще нужны Таргариены? Валирия стала величайшей империей в истории благодаря огню. И благодаря огню, пламени Рглора, Браавос восстанет, чтобы занять ее место. Полдня назад Черно-Белый Дом загадочным образом сгорел дотла – Безликие пережили Рок, но они не смогли пережить пожар».

Арья гадала, было ли это частью плана Фрегара или просто трагическим совпадением. А может, я тоже сыграла в этом свою роль? В конце концов, ведь это она сожгла Черно-Белый Дом. Фрегар говорил, что очистит храмы от скверны, но Арье казалось, что он имел в виду святилища, посвященные другим богам. Весьма странно начинать с сожжения собственных храмов.

На корабле было особенно нечем заняться. Арья первым же делом обошла его целиком - от носа до кормы, от верхней палубы до самого днища. Один раз она попыталась было сбросить одежду и прыгнуть за борт, – не для того, чтобы сбежать, а просто чтобы искупаться, - но один из людей Баратеона выудил ее из воды, словно тощую крысу, и отшлепал, велев больше так не делать. Арья считала, что так нечестно. Она бы с удовольствием проткнула его Иглой, но меч у нее отобрали. Зачем возвращать мне имя и отбирать все остальное? Ей хотелось кричать, кусаться, пинаться и даже просить и умолять. Кто такая Арья? Кто она?

Единственной, кто соглашался поговорить с ней, была Летняя Дева. Арья не знала почему, но было совершенно очевидно, - куртизанка едет с ними, променяв свою легкую и роскошную жизнь в Браавосе на суровую, холодную вестеросскую зиму и неопределенность, невзгоды и лишения, которые ей доведется испытать, примкнув к королю Станнису. Может, в Браавосе, пусть даже превратившемся в осиное гнездо, и легче, но Летняя Дева – Арья помнила, что по-настоящему ее зовут Тиша, - ненавидит Ланнистеров. Может быть, это ее единственная возможность – выступить против них с могучим войском.

Возможно, именно по этой причине Летняя Дева вела себя странно. Большую часть времени она проводила на палубе, неотрывно глядя на дымящиеся развалины Черно-Белого Дома. Иногда Арья ловила на себе пристальный, оценивающий взгляд куртизанки. Временами губы Летней Девы шевелились, но слова были словно не ее, как будто кто-то говорил ее устами. Раз за разом она повторяла: «Девочка нужна».