Читаем Север помнит (СИ) полностью

Асшай, что у Тени. Джорах с трудом поднялся. Он с ужасом начал понимать, что происходит. Многие тысячи лет красные жрецы сжигали людей на кострах. А теперь, по слухам, явился принц, который был обещан. Есть легенда об Азоре Ахаи и пылающем мече. О вечной битве. Об Иных из пламени и Иных изо льда. Одни дают жизнь другим, лишь для того, чтобы вновь сокрушить их. А может, все не так.

Джораха едва не стошнило. Если все красные жрецы, что есть на свете, сжигали хотя бы по одному человеку в день в течение восьми тысяч лет после Рассветной Битвы и возведения Стены, счет идет на миллионы. А если каждый человек, погибший в огне красного бога, возродится среди льда и станет одним из тех, с кем сражался его лорд-отец за Стеной… Джорах не был красным жрецом, он не сжег Дени, созданную его воображением, но он убил ее с помощью магии красных жрецов в самом сердце их древней твердыни, и последствия могут быть непредсказуемыми. Но если то, что он увидел, взяв в руки Длинный Коготь, правда, и Стена действительно пала…

- О боги, нет! – вслух произнес Джорах. Мы в брюхе у чудовища. Если настоящая Дени еще жива, она целиком в их власти, как и сказала ему Дени-видение. А если она…

Впереди он увидел призрачное мерцание, которое становилось все ярче. На мгновение он решил, что это спасение, выход наружу, но потом увидел поднимающихся над черным гладким полом тварей. Тени всех размеров и обличий, полулюди-получудовища, не имеющие тела. Свет дает им жизнь. Дрожа и колеблясь, тени заскользили к Джораху, обступая его, то сливаясь воедино, то вновь разделяясь. Перед ними падал пепел, их глаза, пасти и руки были из пламени.

Джорах Мормонт повернулся и побежал.

Он никогда в жизни так быстро не бегал. Израненные ноги отзывались болью при каждом шаге. Он чувствовал, как лопаются волдыри от ожогов, как по бедрам стекает гной, но все равно бежал, не смея оглянуться. Джорах услышал за спиной клацанье челюстей и помчался еще быстрее, подумав, что глупо быть убитым тенью и что он не собирается умирать такой нелепой смертью. О боги, он ведь не убил настоящую Дени, это была просто ее бледная тень, его фантазия, еще одна из гнусных уловок красных ублюдков…

Джорах бежал изо всех сил, но вдруг пол ушел у него из-под ног. Он замолотил руками и ногами в воздухе, но, не найдя опоры, упал на что-то твердое. От сильного удара у Джораха затрещали кости, но это лишь прибавило скорости его движению, и он кубарем влетел в длинный узкий тоннель. Джорах обломал себе ногти до мяса, пытаясь уцепиться за камни и остановиться. Наконец прямо под ним показалось пятно солнечного света. Не успев решить, стоит ли задерживать дыхание, он камнем рухнул вниз.

Впрочем, вопрос о дыхании тут же перестал быть актуальным. Несколько мгновений Джораху казалось, что ему отшибло легкие, но наконец он с трудом поднялся на четвереньки и обнаружил, что стоит по локоть в грязи. Хоть это и было омерзительно, но ему повезло, - слой грязи в фут толщиной смягчил его падение на каменное дно сточной трубы, иначе он переломал бы себе все кости.

Как бы то ни было, ему удалось выбраться наружу. Сверху косо падал яркий солнечный свет, вокруг нижних ступеней храма росли покрытые мхом деревья. Далеко внизу Джорах видел очертания города, а еще дальше - море. Он должен спасти Дени, вытащить ее из этого проклятого места… Дрогон спас ее в Доме Бессмертных, но он сейчас на «Пряном Ветре» и слишком тяжело ранен, чтобы лететь. И все же дракон должен чувствовать, что она в опасности… драконье пламя, должно быть сильнее огня красных жрецов, иначе они так не стремились бы его заполучить… Иные из пламени, Иные изо льда, одни порождают других… Давай, Мормонт! ДАВАЙ!

Джорах сложил руки на груди, словно собираясь нырнуть, оттолкнулся и заскользил по грязи вдоль сточной трубы, все быстрее и быстрее. Он пробил решетку водослива, вывалился наружу и чудом ухитрился приземлиться на ноги. В груди все горело от напряжения, но он не обращал внимания на боль. Если он не справится, сгорит все живое.