Читаем Север помнит (СИ) полностью

Как ни странно, разбойники не разразились громким хохотом. Хотя им следовало бы – их не меньше дюжины, все взрослые люди, тяжело вооруженные, и ни одного нельзя принять за Эйемона Драконьего Рыцаря или еще какое-нибудь воплощение благородства, а она всего лишь девушка, не достигшая и пятнадцати лет, худенькая и напуганная, и у нее нет даже швейной иголки, чтобы защититься. Но Санса не отступила. Из-за ее необдуманных действий случилась потасовка с людьми Аррена, но она хотела как лучше, она хотела спасти Роберта. А Сандор был для нее гораздо больше, чем Роберт.

- М’леди, - насмешливо начал одноглазый. – У вашего раздражительного друга…

Он осекся, глядя ей через плечо, и поспешно ткнул певца под ребра. Санса почувствовала, что за ее спиной кто-то стоит, и напряглась, но не осмелилась повернуться и отвести взгляд от разбойников.

- М’леди, - снова сказал одноглазый, уже другим тоном. – Вот пара пленников. Пес и его сучка.

Санса оцепенела. Должно быть, это она. Вешательница. Про нее говорили, что она не живая и не мертвая, это она заменила Берика Дондарриона на посту предводителя Братства. Не хочу это видеть, не хочу быть здесь, не хочу. Она почувствовала запах, который ни с чем нельзя было перепутать, - запах разложения, засохшей крови и гниющей плоти, и с трудом подавила позыв рвоты.

Мимо нее, не говоря ни слова, прошла женщина, закутанная в плащ из разорванного и запачканного черного бархата. Из-под тяжелых складок плаща были видны только жуткие горящие глаза и изящные перевязанные руки. За ней шел седоволосый мужчина в линялой красной рясе, но по тому, как разбойники молча уступали дорогу, Санса поняла, кого они боятся больше. Леди Бессердечная – это имя всплыло из отдаленного уголка памяти. Она осталась стоять неподвижно, окаменев от ужаса.

- Торос, - сказал одноглазый, обращаясь к мужчине. – Хорошая была охота?

- Да. – Красный жрец вздохнул. – Эдвин Фрей и все его люди повешены в семи или восьми милях к западу отсюда. Так что Черный Уолдер теперь хозяин Близнецов, да помогут нам боги. Может быть, Эдвин и был круглым дураком, но все же лучшим лордом, чем этот.

Леди Бессердечная просунула руку под капюшон и, похоже, зажала что-то на шее. Раздался неразборчивый, каркающий скрежет.

- Да, миледи, он был Фреем, - неохотно признал Торос. Не может быть, неужели это Торос из Мира, веселый толстый жрец, что был при дворе Роберта? – Но Черный Уолдер не так глуп, он не будет заходить на нашу территорию всего с двумя дюжинами воинов. Можете быть уверены, раз мы так услужливо убрали Эдвина с его дороги, он будет охотиться на нас, как сам Бог Ночи и Ужаса.

- Да насрать на Черного Уолдера Фрея, - сказал одноглазый. – Мы и его повесим, если он будет нам докучать. Мы с Быком хотим спросить, можно ли нам сначала повесить эту псину?

Леди Бессердечная медленно повернулась. Казалось, она смотрела на них целую вечность. Наконец она коснулась рукой горла и проскрипела вопрос.

- Как тебя зовут, девочка? – перевел Торос. – Как твое имя?

Это их единственный шанс. Сказать правду - безмерно опасно, но солгать - еще хуже.

- Санса, - жалобно пискнула она. – Санса Старк.

Всего два слова, но за ними наступила ошеломляющая тишина. Санса не могла понять, почему разбойники притихли и смотрели то на нее, то на леди Бессердечную. В чем же дело, почему они…

Нет, только не это. Отвратительный холодок пробежал у нее по спине, а живот превратился в камень, словно от удара сира Бороса Блаунта. К горлу подступила тошнота. Не может быть, она погибла. Фреи убили ее и Робба на свадьбе дяди Эдмара, они бросили ее обнаженную в Зеленый Зубец… но ведь певец сказал, что Сандор – не единственный, кто не остался среди мертвых. И кто еще может испытывать такое неутолимое желание выслеживать и убивать Фреев и Ланнистеров…

«Нет!» - взывал голос разума, но тщетно. С ужасом, еще более жутким, чем можно было себе представить, она поняла, кто скрывается под капюшоном.

Дрожа с головы до ног, Санса заплакала. Рыдания сотрясали все ее тело помимо ее воли, из горла вырывался жалкий тонкий звук, словно вой раненого зверя. Ее желудок сжался, и ее начало тошнить, но она так мало съела, что из нее вышла лишь желчь. Двое разбойников подошли к ней, но ей нужен был только Пес. Он подхватил ее на руки и прошептал:

- О боги, пташка, что с тобой? Что такое?

Санса не могла ответить ему. Она обхватила его за шею обеими руками и разрыдалась так сильно, что не могла вымолвить ни слова. Наконец она отпустила его и повернулась. Нетвердо ступая, словно новорожденный жеребенок, всхлипывая и задыхаясь от рыданий, она, словно во сне, пересекла пещеру, подошла к леди Бессердечной и опустила капюшон.

Она стояла и смотрела на нее, долго-долго. Голубые глаза, как у всех Талли, почти невозможно было узнать - они налились кровью и были полны ярости. На щеках - рваные раны от ногтей, под ними виднелись кости. Темно-рыжие волосы стали белыми и тонкими, плоть разбухла, словно пудинг. Повязки едва прикрывали разорванное горло.