Читаем Сеть Алисы полностью

Вечно загадочная, Эва пожала плечами.

— Разве ты не едешь в поселок, где жила твоя кузина?

— Еду.

В Лиможе мы были уже три дня. Я бы отправилась в путь раньше, но в «лагонде» надо было кое-что подлатать, прежде чем довериться ей на проселках. Нынче Финн объявил о полной готовности, и мы оставили Эву дожидаться ужина с ее таинственным сотрапезником.

— Как думаешь, это капитан Кэмерон? — спросила я, усаживаясь в машину.

— Не удивлюсь, — сказал Финн.

— Мы успеем вернуться, чтоб посмотреть на него?

— Зависит от того, чем увенчаются наши поиски.

Вытянув рукоятку подсоса, он завел мотор. Машина тронулась с места. Я поежилась, снедаемая предвкушением и страхом.

— Возможно, сегодня все решится.

Финн улыбнулся и, руля одной рукой, неспешно покатил из города. Как всегда, он был в старой рубашке с подвернутыми рукавами, но сегодня побрился, и мне ужасно хотелось коснуться его гладкой щеки. Хотелось настолько, что сложенные ладони я спрятала меж коленей. Почему так: мы были одни, а казалось, будто в машине толпа народу?

— Скоро приедем, — сказала я, только чтоб не молчать.

Согласно мятому дорожному атласу, отыскавшемуся в бардачке, до места назначения было всего пятнадцать миль.

— Надеюсь.

Мы проехали мимо обнесенного изгородью луга с пасущимися коровами, вдали виднелся фермерский дом из серого камня. За городом дорога превратилась в ухабистый проселок. Я была напряжена и не обращала внимания на живописные окрестности. Сама не знаю, отчего я так нервничала, но меня потряхивало. В тот раз Финн ответил на мой поцелуй и больше о том не поминал. А мне хотелось продолжения игры, только я не ведала, как это сделать. Возможно, я дока в числах, но во флирте я полная неумеха.

— Напомни, как называется поселок? — спросил Финн, разорвав путаницу моих мыслей.

— Орадур-сюр-Глан.

Судя по старой карте, это просто деревенька. Трудно представить Розу в крохотном селении, не заслуживающем даже названия городка. Она всегда мечтала о парижских бульварах и огнях Голливуда. На худой конец, сойдет и Нью-Йорк, — говорила она, но очутилась в забытом богом французском поселке.

Сейчас мы ехали вдоль заросшей дикой лакфиолью ограды из грубого камня, по которой вышагивала босоногая девочка, для равновесия раскинув руки. У нее были темные волосы, но я тотчас увидела в ней Розу, какой та помнилась: светлые кудряшки на фоне голубого летнего платьица. Меня кольнуло яркое предчувствие, почти уверенность. Ты здесь, Рози. Я знаю, ты здесь. Укажи путь, и я тебя найду.

— Не старайся, быстрее не поедем, — сказал Финн, и я поняла, что ногой в сандалии давлю на несуществующую педаль газа. — Чего ты сидишь, точно в церкви?

— В смысле?

Мы подъехали к каменному мостику, по которому навстречу нам катил велосипедист. Пропуская его, Финн остановился и, ухватив меня за лодыжки, закинул мои ноги на сиденье.

— Обычно ты сидишь вот так.

Он поехал дальше, а я залилась румянцем. Когда он взял меня за лодыжки, пальцы его почти сомкнулись. У меня ужасно тонкие ноги. Нынче я была в узкой красной юбке, купленной в Париже, и белой рубашке по типу мужской. Рукава я закатала до локтя, а подол рубашки завязала узлом на животе. Я знала, что выгляжу хорошо, вот только ноги мои подкачали. У Розы уже в тринадцать лет были красивые ножки. Когда я ее найду, первым делом задушу в объятиях, а потом попрошу одолжить мне свои ноги.

— Похоже, мы ошиблись с поворотом, — немного погодя сказал Финн. — Едем на юг, а нам надо на запад. Никаких указателей… Сейчас, минутку.

Он подъехал к придорожному магазинчику с почтовыми открытками в витрине и кошкой, дремавшей на крыльце. Кошка зевнула, когда Финн, перешагнув через нее, на французском с сильным шотландским акцентом обратился к хозяину. Мы с Розой могли бы завести кошку, — подумала я, глядя на полосатое существо, вылизывающее хвост. Из-за своей аллергии покойный Дональд, мир его праху, не позволял мне обзавестись питомицей. Я уже возненавидела твоего Дональда, — сказала воображаемая Роза. — Неужто не могла придумать себе симпатичного умершего мужа?

— Чему ты улыбаешься? — спросил Финн, усаживаясь в урчавшую «лагонду».

— Да вот, гадаю, как ты воспримешь Розу. Хотя чего тут гадать? Она всем нравится.

— Вы с ней похожи?

— Ничуть. Она забавная, смелая. Красивая.

Финн уже включил передачу, но мешкал тронуться с места, окинув меня долгим внимательным взглядом. Потом заглушил мотор, притянул меня к себе и, перебирая мои волосы, приник к моему уху. Я почувствовала тепло его дыхания.

— Чарли, голубушка… — Он поцеловал жилку, пульсирующую на моей шее, и меня будто прострелило током. — Ты… (поцелуй в щеку, потом в уголок рта) смелая… (Нежный поцелуй в губы.) Не говоря уж о том, что красивая. Ты прелестна, как весенний денек.

— Всем известно, что шотландцы страшные вруны, — пролепетала я.

— Не путай нас с ирландцами. Мы не льстецы.