Читаем Сестры полностью

– Может, наврали? – осторожно заметила Оля, круглолицая толстушка. – Он сегодня приходил к тебе с другом. Мы сказали, что ты ушла к жениху и завтра у тебя свадьба.

Валя от неожиданности селя в кровать.

– Девочки, правда? – недоверчиво спросила она.

– Правда, правда! – встрепенулись девчата.

– Что же делать? Уже подготовка к свадьбе идет полным ходом, гости приглашены, – потерянно смотрела на них Валя.

– О чем ты говоришь? Свадьба! Свадьба! Как ты жить с ним будешь? Вот так реветь всю жизнь? Ты что, белены объелась? – горячо наступала румяная Оленька.

– А Сергей что ответил, когда вы ему сказали про жениха?

– Ничего, молчал. Его друг позвал: «Ну, пошли, мы, кажется, опаздываем».

– Знаешь, когда они спускались по лестнице, девчата вылили им на головы помои! – смеялась сероглазая Люся.

– Зачем? – испугалась Валя.

– Со зла на Сергея, тебя жалко. Кто-то яйца не пожалел, жаль, промахнулся! А когда уже на крыльцо вышли, мы залепили из окна мокрой хлебной коркой, да попали в друга! – хохотала Оленька.

– Не надо, что вы! Разве так можно? Ой, девочки, что же мне делать? Нехорошо-то как получилось!

И все-таки успокоенная, первый раз за эту неделю она крепко уснула и проспала. Проснулась от того, что Люся теребила ее.

– Вставай, вставай! Жених пришел! – Валя испуганно села на кровати. Она слышала, как Андрей говорил девчатам в проходной комнате:

– Приглашаю вас сегодня вечером на свадьбу! – там поднялся шум, восклицания, поздравления.

– Прячься скорее! – тащила ее в угол Оленька, где под простыней, вместо гардероба, висели у них платья.

В дверь постучали. Люся распахнула окно, обе девчонки упорно смотрели на крышу, боясь обернуться (из-под простыни торчали босые Валины ноги).

– Здравствуйте, девочки! А где Валя? – смотрел Андрей на неубранную, еще теплую постель.

– Куда-то вышла, сейчас придет, – говорила Люся, напряженно глядя в окно. Он подошел сзади, тоже посмотрел, ничего не увидел на пустой крыше.

– Ты, Андрей, подожди ее во дворе, нам переодеться надо.

– Хорошо, поторопите ее, уже пора в ЗАГС, – он посмотрел на часы и вышел.

– Скорее, скорее, – вытаскивали девчата Валю из угла. Натягивали платье, чулки, она только успевала подставлять руки и ноги.

– Оля, задержи его во дворе, а мы через парадное убежим! – суетилась Люся.

Весело смеясь, летели по улице Ленина, сами еще не зная, куда, лишь бы подальше от жениха, и нос к носу встретились с Сергеем. Петр расставил руки и поймал их.

– Куда так весело спешите?

– Ой! От жениха убегаем! – выпалила запыхавшаяся Люся.

– Тогда давайте к нам в общежитие, надежно укроем!

Валя стояла, опустив голову, всё еще сердитая на Сергея.

– Нет, мы пойдем, – хотела она обойти Петра, загородившего ей дорогу.

– Девочки, мы вас чаем напоим с шоколадными конфетами, мы вчера стипендию получили, – говорил Петр. Валя отрицательно качала головой. Она хотела, чтобы ее пригласил Сергей, а он молчал. Ребята симпатизировали Вале. Продолжали уговаривать. Им хотелось примирить ее с Сергеем.

– Зачем навязываться? Не хочет, не надо! – холодно сказал Сергей.

– Пойдемте, – неожиданно согласилась Валя.

В тот день они примирились с Сергеем. Вечером, провожая ее до общежития, Сергей говорил:

– С чего ты взяла, что я собираюсь жениться? Через неделю защита диплома. Не до того мне. Как всегда дня не хватает.

– Мне так сказали.

– Неправду сказали.

– Но ты танцевал на вечере с блондинкой?

– Танцевал, устал страшно, до отупения. Решил размяться. Пришел уже к концу вечера.

– А блондинка?

– Далась она тебе. Танцевал с ней! В тот вечер только познакомились, больше ее не видел.

– Она тебе нравится?

– Нравится, красивая девушка.

Валя, расстроенная, надула губы, опустив голову. Он посмотрел искоса, рассмеялся.

– Разве мало красивых девушек? На каждой не женишься. Кроме красоты, что-то еще нужно. Разность зарядов что-ли, чтоб притягивало друг друга, – он снисходительно обнял ее за плечи, заглянул в глаза.

– Вот между нами есть же какая-то божья искра? А? Есть?

Валя подняла голову, облегченно вздохнула, улыбнулась. Он, глядя перед собой, задумчиво сказал:

– Может быть, ты напрасно сегодня убежала от жениха, имей ввиду: я на тебе жениться не собираюсь.

Она обиженно ответила:

– Не беспокойся, в девках не останусь, не засижусь!

– Ну, смотри, я предупредил, чтоб напрасно не рассчитывала, – остановился, повернулся к ней. Она поднялась на цыпочки, потянулась к его губам. «Никуда ты не денешься» – самоуверенно подумала она.

Андрей, ожидавший Валю, стоял в тени дома, видел их. «Другой люб, вишь, как тянется. А от меня шарахнулась вчера. Ведь знал, что с Сергеем встречается, в первый вечер, когда пришла ко мне, подумал, что, видно, повздорила с ним, серьезно повздорила. И рад был, так рад, что в жизни такой радости не помню! Только б Валечка со мной была! Уж как бы я ее берег, нежил! Шибко люба она мне! И сейчас нет у меня к ней сердца: девочка еще, какой с нее спрос». Лихотило, так лихотило внутри, будто свинцом налился. Повернулся и потащил тяжелые ноги прочь от них.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза