Читаем Сестра самозванца полностью

– Проверить надоть, – сказал один. – Она ли?

Соглядатай сорвал с неё шапку.

– Смотри!

– Она! Как раз та, кто надобен!

– Теперя жди награды! – потер руками первый.

– За сию кралю нам золота дадут.

– Девка хороша!

– За такую не жалко!

Елена была готова выть от злости. Она так глупо попалась в сети к сыщикам Годунова. Это были люди Разбойного приказа.

– Отпустите! – попросила она.

– Чего сказала, красавица?

– Отпустите. Кто вы такие? Чего вам надобно?

– Тебя красавица. Ждали тебя.

– Меня? – спросила Елена.

Но первый сыщик перебил её и сказал друзьям.

– А чего нам торопиться, други?

– Ты про что?

– Дак про то, что с девкой можно и побаловать немного. Нам не приказано отдавать её нетронутой.

– И то верно! – согласился второй.

– Если посмеешь до меня дотронуться, тебя казнят! – сказала Елена.

– Не пугай! – усмехнулся ярыга.

– Ты не знаешь, кого захватил? Я тебе не гулящая девка!

– Ершистая! – худой сыщик взял Елену за подбородок. – А хороша! Ох, как хороша!

Он приблизил свои губы к её губам. Елена почувствовала нечистое дыхание и отвернулась. Но ярыга насильно повернул её лицо к себе и намеревался впиться в её губы. Она укусила его. Мужчина завыл от боли и нанес удар женщине по лицу.

– Тварь!

Она упала.

– Убью!

– Стой! – его остановили.

– Дай дотянуться до горла твари!

– Да тихо ты! Нам не велено убивать!

– Она живой надобна! Патрикеев три шкуры спустит!

– А ты смори, чего она мне сотворила! Едва губу не откусила!

– Все равно убивать не велено!

– Тварь!

– А то Патрикеев с тобой кое-что похуже сотворит!

***

Девку приволокли в Разбойный приказ. Подьячий44 дремавший над бумагами, которые он переписывал, протер глаза и выпил холодного кваса.

– Чего приперлись в такой час? – строго спросил он ярыжек.

– Государево дело! – нагло заявил один.

– Споймали мы девку, по приметам схожую с…

Но подьячий перебил ярыгу:

– Каку девку? Ополоумели? Девок нам токмо и не хватает. Ты посмотри сколь листов переписал я! И все сие сказки пыточные! Что ни день, то новых болтунов и воров волокут в приказ!

– Мы же тебе толкуем, козлиная борода, что сие не простая девка. Она ворог лютый великому государю!

– Девка? – спросил подьячий с издевкой. – А отчего вы младенца не захватили? До пары с девкой был бы еще один ворог!

– Ты нас допусти до его милости дьяка. А там мы сами все как надобно ему растолкуем.

Подьячий засмеялся и сказал:

– Он гневен больно. Кою ночь не спит. Все в пыточном подвале! А коли увидит твой подарок, думаешь, наградит тебя? Рыло твое неумытое!

– А ты, козлина борода, сведи, а там посмотрим! Дело государево!

– Государево дело молвил? – сказал подьячий. – А и сведу! Пусть потешится, коли надобно! Но коли вы награды чаете, то не будет её. Только рожи вам разобьет и все. Ждите!

Он спустился вниз. Пыточные подвалы приказа, освещенные огнями факелов и жаровен, на которых калили инструменты, напоминали церковную картину ада, где мучаются души грешников.

Подьячий давно привык к таким картинам и потому людские стоны и крики боли его не трогали. Он приблизился к дьяку и сообщил о прибытии ярыг по государеву делу.

– Чего им надобно? – строго спросил Патрикеев.

– Дак сказали дело государево!

– А сам все выяснить не мог? Все я один делать должен? Ты чай подьячий с приписью45! Не просто человек в приказе!

– Дак девку они споймали, господине! Говорят, что ворог она великому государю.

– Девку? – встрепенулся Патрикеев.

– Так сказали, господине. Я хотел гнать их взашей, но…

– Девка где?

– Дак наверху она с теми ярыгами.

– Веди их сюда! Быстро! Не медли!

– Как прикажешь, господине!

Вскоре все предстали перед грозным главой Разбойного приказа. Дьяк Патрикеев, увидев разбитое лицо женщины, набросился на сыщиков.

– Кто приказал?

– Она мне едва губу не откусила, господине. Пришлось приложить.

– Губу? – дьяк ударил ярыгу в нос кулаком. – Получи от меня награду!

Ярыга упал к ногам Патрикеева. Дьяк нанес еще два удара ногой в живот.

– Ладно! Убирайтесь вон! Ждать меня наверху в приказной избе! Еще поговорим!

Сыщики ушли. Наверху их встретил ухмылявшийся подьячий.

– Наградил вас дьяк? Вижу, что наградил! Хороша ли награда?

Первый ярыга с досадой плюнул под ноги подьячему…

***

Подручные палача усадили женщину в кресло. Вязать её руки веревками не стали.

Патрикеев сел напротив Елены.

– Попалась пташка. Попалась в силки.

– Могу я узнать твое имя? – спросила она.

– Спрашивать здесь могу лишь я. Но имя тебе свое скажу, красавица. Я дьяк Патрикеев.

– Знаю тебя. Ты верный пес Годуновых.

Дьяк усмехнулся.

– Смелая баба. Но я ведь не так прост, голубка. Я умею развязывать языки и мужикам, и бабам. И у меня все поют соловьями. И ты станешь петь.

Елена промолчала.

Патрикеев снова усмехнулся.

– Ждешь стану пытать, кто такова есть?

– Дак ведь знаешь сам кто я.

– Верно. Знаю имя твое, красавица. Ты Елена Орепьева, сестра вора Гришки и заслужила за воровство твое смерть лютую от великого государя.

Она снова промолчала в ответ. Дьяк продолжал: