– Доблестный Дон Кихот заслуживает верного оруженосца! – усмехнулся мистер Делвил. – Однако мистера Белфилда не было дома, и никто не знал, где он. Полтора часа спустя я снова наведался к нему. На сей раз он только что вернулся. Поединок состоялся, и вскоре он, с вашего позволения, сам поблагодарит вас за участие.

– Значит, он ранен?

– Не сильно. Сэр Роберт остался невредим. Белфилд стрелял первым и промахнулся, баронету повезло больше.

– Как горько это слышать! Куда попала пуля?

– В правый бок. В этот момент Белфилд выстрелил второй раз – в воздух. Так рассказал его слуга. Раненого бережно доставили домой. Хирурга на дуэли не было [17], но дома за ним немедленно послали. Я дождался, пока он перевяжет рану, и спросил его мнение. Он ответил, что извлек пулю, и заверил меня, что мистер Белфилд вне опасности. Ваше вчерашнее беспокойство придало мне смелости явиться сюда сегодня. Я счел, что у вас до сих пор нет достоверных известий, и подумал, что будет лучше всего, если непререкаемые факты опередят преувеличенную молву.

Сесилия поблагодарила его за заботу. Затем явилась миссис Харрел. Мистер Делвил поднялся и сказал:

– Если бы отец знал, что я собираюсь посетить мисс Беверли, он, несомненно, передал бы вам поклон, и мой визит не выглядел бы столь дерзостным. Однако я боялся, что, добывая себе таким образом верительные грамоты, потеряю время, а с ним и предлог для посещения. Ведь менее щепетильные курьеры смогли бы добраться до вас раньше и предупредить мое донесение.

С этим он удалился.

– Итак, Белое домино – сын мистера Делвила! – проговорила Сесилия. – Вот откуда он так хорошо осведомлен о моих делах… Сын, совершенно не похожий на отца!

– Да, – сказала миссис Харрел, – и на мать он тоже не похож. Поверь, она куда спесивей старика. Я даже вида ее не выношу. А вот сынок пригож и любезен. Правда, я видела его только в гостях, ведь никто из Делвилов у нас не бывает.

Вернувшийся вскоре мистер Монктон немало удивился, что его новости уже известны. Не радовало его и то, что опередил его именно Белое домино, к которому он отнюдь не питал расположения.

Затем пришел мистер Арнот. Результаты его розысков оказались малоутешительны, поэтому, не желая тревожить Сесилию, он решил не рассказывать, где был. Однако скоро выяснилось, что молчать уже нет смысла, ибо мисс Беверли знает о дуэли.

Наконец явился мистер Харрел, который, кажется, находился в приподнятом настроении.

– Мисс Беверли, – воскликнул он, – я принес вам известие, которое вознаградит вас за тревоги: сэр Роберт не только цел и невредим, но и одержал верх. Он собирается нанести вам визит и бросить к вашим ногам лавры победителя.

Раздосадованная Сесилия все же сообразила, что возражать не стоит, дабы не стать мишенью для шутливых намеков.

К обеду приехал сэр Роберт. Его вчерашнее поведение многократно усилило неприязнь Сесилии. Выйдя из поединка победителем, баронет, кажется, возомнил, что вознесся на вершины славы. Впрочем, на Сесилию он бросал благодушные взгляды, будучи уверенным, что покорил ее. Девушка с трудом сдержала гнев. Она сказала, что ей надо написать несколько писем в деревню и потому остаток дня она проведет у себя. Баронет, кинув взгляд на свои часы, тут же воскликнул:

– Какая удача, клянусь честью! Ведь я только что вспомнил, что зван в один дом на другом конце города.

Вскоре после того, как все ушли, Сесилия получила записку от миссис Делвил, приглашавшей ее на следующее утро к завтраку. Она охотно приняла приглашение, хотя, по рассказам зная о нраве этой дамы, не надеялась, что знакомство будет приятным.

<p>Глава VI. Семейство Делвилов</p>

На следующий день утром Сесилия приехала на Сент-Джеймс-сквер и вскоре была принята мистером Делвилом.

После надлежащих приветствий он сообщил:

– Мисс Беверли, я получил из достоверного источника сведения о том, что в субботу в опере неосмотрительность одного из ваших обожателей привела к неурядице, в моем представлении весьма неприятной для утонченной молодой особы. Я должен в какой-то мере ощущать себя скомпрометированным, оттого что ваше поведение было небезупречным, ведь вы находитесь под моей опекой.

Сесилия, которой эти слова отнюдь не польстили, заметила, что мистеру Делвилу, вероятно, все представили в ложном свете.

– Я не склонен верить всему, что говорят, – возразил он, – поэтому разрешите мне ознакомиться с обстоятельствами дела и вынести собственное суждение. Прошу, поведайте, на каких основаниях два джентльмена сочли возможным публично соперничать за вашу благосклонность.

– За мою благосклонность, сэр? – воскликнула пораженная Сесилия.

– Я понимаю, девице трудно отвечать на такой вопрос, но не смущайтесь. Я постараюсь пощадить вашу стыдливость. Итак, скажите откровенно, на что притязают эти господа?

– Надеюсь, сэр, в отношении меня – ни на что.

Здесь, к счастью, неприятный разговор был прерван: явился ее друг Белое домино.

– Мортимер, – обратился к нему мистер Делвил, – насколько я понял, ты уже знаком с этой юной леди?

– Да, сэр, я не раз имел счастье видеть ее, но еще не имел чести быть представленным.