Читаем Серые Рыцари полностью

— Все. И еще он объяснил мне, что обладает властью исполняющего обязанности брата-капитана и может доказать настоятельную потребность в том предмете, который я должен получить.

Дурендин усмехнулся в глубине своего череполикого шлема:

— Конечно, правосудор. Но ты должен понимать значение этой просьбы. Как опекун наших павших братьев я должен отнестись к ней очень осторожно. Следуй за мной, правосудор.

Дурендин пошел между пьедесталами к выходу. Генхайн, опустив взгляд, увидел глядящие на него каменные лица — суровые, покрытые морщинами и шрамами. Лица людей, чьи души не могли успокоиться. Генхайн знал, что они и по сей день ведут непрекращающуюся борьбу с Врагом, как сам Император сражается из недр своего Золотого Трона. И борьба эта будет длиться до конца всех времен.

Через сводчатый проем они вышли в коридор, и Дурендин продолжил путь вниз. Генхайн следовал за ним в полумраке. Люмосферы здесь были расположены очень редко, и многие из них погасли. В стенных нишах многие столетия лежали тела воинов.

Туннель закручивался по спирали, вгрызаясь в кору Титана. Вдоль стен стояли статуи, настолько старые, что черты лиц были стерты временем. Шаги Дурендина по гладкому каменному полу будили гулкое эхо.

Воздух стал теплее. Белые зубы скелетов поблескивали в полумраке. Генхайн мельком заметил на стенах резные изображения Серых Рыцарей в давно устаревших силовых доспехах. Он видел подобные на мозаичных картинах в часовнях и в иллюстрациях старинных рукописей.

После недолгого спуска коридор выходил в огромное подземное пространство. Помещение было настолько большим, что дальняя стена казалась горизонтом, а потолок — бескрайним каменным небом. Зал, словно богатый мрачный город, был заполнен рядами огромных, искусно изготовленных сооружений из гранита и мрамора.

— Наших мертвых не всегда хоронили бок о бок, как братьев,— тихо пояснил Дурендин.— Орден постепенно изменяется, хотя это и не всем заметно. Этот уровень сохранился с тех пор, когда Серых Рыцарей, как величайших героев, хоронили в таких городах мертвых.

— Как давно это было? — нехотя спросил Генхайн.

Как и все Серые Рыцари, он сражался с ужасными противниками и видел такое, что могло бы свести с ума менее стойкого человека. И все же молчаливый некрополь вызывал в нем чувство глубокого благоговения.

— Последнее захоронение было сделано более девятисот лет назад, — ответил Дурендин. — Идем дальше, правосудор.

Дурендин шагнул под каменное небо и направился по широкой улице, вымощенной плитами из блестящего гранита. С обеих сторон высились гробницы — некоторые высотой в несколько этажей. Одни были украшены резными картинами сражений, на других виднелись монументальные символы: стилизованная буква «I», обозначающая инквизицию, и меч с книгой — эмблема Серых Рыцарей.

Генхайн заметил и выцветшие, написанные некогда яркими красками образы Серых Рыцарей в древних доспехах терминаторов. Они мечами и алебардами прогоняли огромные полчища тлетворных демонов с извивающимися щупальцами. Другая гробница была увенчана массивным мраморным «Громовым ястребом» — космическим челноком, словно готовым в любой момент вознести душу лежащего под ним космодесантника.

Дурендин свернул за угол, и в дальнем конце прохода Генхайн увидел помещение, выстроенное в форме древнего амфитеатра. Арочные проходы в закругленных стенах вели на арену, где сотни сидящих каменных фигур молча смотрели на обсидиановый прямоугольник, что стоял на возвышении в центре.

Дурендин вошел в амфитеатр. Он оказался огромным, как одно из заведений для гладиаторских боев, которые можно было найти в городах самых жестоких миров Империума. Фигуры наблюдающих людей были закрыты накидками и капюшонами с символами различных организаций Империума: Инквизиции, Адептус Механикум, Экклезиархии, Администратума и даже Адептус Терра. Символичность памятника не оставляла сомнений: все мужчины и женщины Империума, знали они это или нет, были в неоплатном долгу перед Серыми Рыцарями.

— Теперь ты понимаешь, почему мы хороним павших воинов как братьев, — сказал Дурендин, — а не как королей.

Генхайн на мгновение лишился дара речи. Произнеси такие слова любой из новичков — и он немедленно был бы жестоко наказан за нечестивость.

— Серые Рыцари совершают свои собственные ошибки, правосудор, — продолжал Дурендин. — Аларик настолько доверяет тебе, что отправил сюда, так что и я доверю тебе объяснения. В прошлые времена жертвами гордыни становились целые ордена космодесантников. К счастью, ни один Серый Рыцарь не поддался этому греху — частично из-за усилий капелланов, которые вовремя замечали склонность к гордыне и старались увести братьев со скользкого пути. Вот почему мы больше не хороним здесь наших мертвых.

Дурендин спустился по крутым ступеням к подножию обсидианового саркофага, в глубокую черную тень. На блестящей поверхности камня на высоком готике были высечены названия миров и Крестовых Походов, где сражался погребенный воин, обозначения уничтоженных им демонов и почести, которыми его удостоили лорд-инквизиторы Ордо Маллеус.