Читаем Сероглазый король полностью

Сероглазый король

Это те, что кричали: «ВараввуОтпусти нам для праздника», те,Что велели Сократу отравуПить в тюремной глухой тесноте.Им бы этот же вылить напитокВ их невинно клевещущий рот,Этим милым любителям пыток,Знатокам в производстве сирот.

1962

* * *

Против воли я твой,

царица, берег покинул.

«Энеида», песнь 6

Не пугайся, – я еще похожейНас теперь изобразить могу.Призрак ты – иль человек прохожий,Тень твою зачем-то берегу.Был недолго ты моим Энеем, —Я тогда отделалась костром.Друг о друге мы молчать умеем.И забыл ты мой проклятый дом.Ты забыл те, в ужасе и в муке,Сквозь огонь протянутые рукиИ надежды окаянной весть.Ты не знаешь, чтó у тебе простили…Создан Рим, плывут стада флотилий,И победу славославит лесть.

1962

ПЕРВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

Какое нам, в сущности, дело,Что все превращается в прах,Над сколькими безднами пелаИ в скольких жила зеркалах.Пускай я не сон, не отрадаИ меньше всего благодать,Но, может быть, чаще, чем надо,Придется тебе вспоминать —И гул затихающих строчек,И глаз, что скрывает на днеТот ржавый колючий веночекВ тревожной своей тишине.

1963

В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

O quae beatam, Diva,

tenes Cyprum et Memphin…

Hor[13]

Красотка очень молода,Но не из нашего столетья,Вдвоем нам не бывать – та, третья,Нас не оставит никогда.Ты подвигаешь кресло ей,Я щедро с ней делюсь цветами…Что делаем – не знаем сами,Но с каждым мигом нам страшней.Как вышедшие из тюрьмы,Мы что-то знаем друг о другеУжасное. Мы в адском круге,А может, это и не мы.

1963

ПАМЯТИ В. С. СРЕЗНЕВСКОЙ

Почти не может быть, ведь ты была всегда:В тени блаженных лип, в блокадеи в больнице,В тюремной камере и там, где злые птицы,И травы пышные, и страшная вода.О, как менялось все, но ты была всегда,И мнится, что души отъяли половину,Ту, что была с тобой, – в ней зналая причинуЧего-то главного. И все забыла вдруг…Но звонкий голос твой зовет меня оттудаИ просит не грустить и смерти ждать,как чуда.Ну что ж! попробую.

1964

* * *

И это станет для людейКак времена Веспасиана,А было это – только ранаИ муки облачко над ней.

Рим. Ночь.

18 декабря 1964

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ В РИМЕ

Заключенье небывшего циклаЧасто сердцу труднее всего,Я от многого в жизни отвыкла,Мне не нужно почти ничего, —Для меня комаровские сосныНа своих языках говорятИ совсем как отдельные весныВ лужах, выпивших небо, – стоят.

1964