Читаем Сергей Тигипко полностью

«Выборы для нас – не война, а нормальная работа», – обозначил Тигипко подход «Трудовой Украины» к выборам на съезде партии, где обсуждалось ее участие в коалиции в поддержку Януковича. Тем самым он показал коренное отличие подходов «трудовиков» к избирательной кампании от других участников процесса.

Одной из часто обсуждаемых во время этой кампании тем оставалась политреформа. На самом деле, это было неизбежно, потому что такая дискуссия позволяла показать противоречия во взглядах кандидатов на будущее политической системы Украины. Эти противоречия оказались настолько глубокими, что компромиссный вариант политреформы, принятый после второго тура выборов 2004 года, оказался крайне несовершенным.

Не случайно однажды в интервью ICTV Тигипко подверг сомнению претензии Ющенко на статус «народного кандидата», потому что он хочет вместе с постом президента получить полномочия Кучмы. «Момент истины заключается в том, что тот из кандидатов, кто захочет и сможет отказаться от части полномочий, тот и получит народное доверие, тот и является народным кандидатом», – заявил он тогда, и в этих словах мне слышались отголоски яростных дискуссий о политреформе 2003 года.

Говорил Сергей Тигипко тогда и другое: «Эти выборы – чрезвычайно жестокие выборы. Разница в два-три процента голосов возможна по итогам голосования во втором туре за В. Ющенко и В. Януковича. Именно она решит судьбу Украины. Я убежден, что все готовят заготовки и будут говорить о нарушениях, что может привести к обострению ситуации. Именно принятие законопроекта о внесении изменений в Конституцию сможет снять напряженность в этих выборах. Они будут значительно спокойнее, когда полномочия Президента будут уменьшены».

А на заседании «круглого стола», посвященного политреформе, Тигипко говорил: «Если мы сейчас не дожмем политически эту ситуацию до выборов, мы получим до 2006 года безответственную власть… Весь народ будет ощущать себя обманутым».

Тогда он выдвинул идею все же принять политреформу между первым и вторым турами, но отложить ее ввод в действие, пока не пройдут парламентские выборы 2006 года. Помню его заявление на одной из пресс-конференций: складывается благоприятная ситуация для проведения политической реформы между первым и вторым турами выборов. «Депутатские объединения и фракции должны выйти на согласованный большинством вариант политического соглашения, – сказал он тогда. – Мы уже сегодня инициируем такие переговоры. Считаю, что фракции проправительственной коалиции готовы подписать соответствующие соглашения. Надеюсь, что в этот процесс активно включатся все депутаты. Время начать переговорный процесс по поводу политреформы и с социалистами, и с коммунистами».

На мой взгляд, это был наилучший вариант, который снял бы в обществе значительное напряжение. По крайней мере, мы бы не увидели такого жесткого противостояния, свидетелями которого стали после второго тура. А ведь могло быть еще хуже. О том, что это действительно могло быть, свидетельствовали хотя бы жутковатые слухи, которые распространяли наши оппоненты. Например, мне неоднократно приходилось опровергать «сообщения» о том, будто Тигипко то ли сам выбросился из окна, то ли его выбросили. Самое страшное, что ему после каждого такого «информационного выстрела» приходилось звонить маме и сообщать, что все в порядке. Что ж, на эти выборы действительно только наша партия не смотрела, как на войну…

Но давайте начнем сначала. В «Зоряном» я оказался почти случайно. Я только что приехал из командировки в Нагорный Карабах, где работал в миссии ОБСЕ, а в родном МИДе не оказалось вакансии. Ждал я ее, ждал – пока пауза не затянулась чересчур.

И оказался в партии «Трудовая Украина». Брал меня на работу именно Тигипко – политик с явной харизмой, успевший в жизни столько, что хватило бы многим. Я давно наблюдал за его деятельностью и еще в начале 1990-х отчетливо понимал, что именно за такими людьми будущее. В начале кампании Тигипко так отозвался о нашей группе: в избирательном штабе Януковича собралась команда профессионалов, «которая знает свою работу». Сергей Леонидович тогда назвал эту команду «сборной», так как в ней были представители таких партий, как «Трудовая Украина», НДП и «Регионы Украины», а также беспартийные.