Читаем Сердце йоги полностью

Религиозные символы подвержены естественному развитию. Как объяснить, что известные символы слиты с определенными идеями почти у всех народов? Некоторые из них распространены почти повсеместно. Многие из вас, может быть, полагают, что крест как символ впервые появился в связи с христианской религией. В действительности же он существовал до христианства и до рождения Моисея, до появления Вед, в доисторические времена. Крест существовал еще у ацтеков и у финикийцев; каждая раса, по-видимому, знала этот символ. Точно так же символ Спасителя – человека, распятого на кресте, – был, оказывается, известен почти каждому народу. Круг был всегда великим символом во всем мире. Существует самый распространенный из всех символов – свастика. Одно время считалось, что это буддисты распространили ее по всему миру, но впоследствии выяснилось, что этот символ был известен многим народам мира за века до возникновения буддизма. В частности, свастика существовала в Древнем Вавилоне и в Древнем Египте. Что это доказывает? То, что все эти символы не могли быть чисто условными. Должна была существовать какая-либо причина их возникновения, какая-то естественная связь между ними и человеческим умом. Язык не есть результат условности. Люди не договаривались между собой выражать определенные идеи конкретными понятиями. Никогда не существовало идеи без соответственного слова и слова – без соответственной идеи; идеи и слова по природе своей нераздельны. Символы, изображающие идеи, могут быть красочными или звуковыми. Глухонемым приходится думать особыми, незвуковыми, символами; каждая мысль в уме имеет противовесом своим какую-нибудь форму, это называется в санскритской философии намарупа – название и форма. Так же невозможно создать условно систему символов, как невозможно искусственно создать язык. В мировых обрядовых символах мы имеем выражение религиозной мысли человечества. Легко утверждать, что не нужны обряды и храмы, и все тому подобное, каждый младенец лепечет это в наши дни, но несложно также и понять, что те люди, которые молятся в храмах, во многих отношениях отличны от людей, которые храмов не посещают. Связь известных храмов, обрядов и культов с определенными религиями ведет к тому, что последователям этих религий передаются мысли, символизируемые данными конкретными формами. Совсем не мудро отвергать обряды и символы: изучение и пользование их также составляют часть карма-йоги.

Существует много других аспектов науки труда. Один из них есть знание отношения между мыслью и словом, именно знание того, что может быть достигнуто силою слова. Каждая религия признает силу слова, и даже в такой мере, что в некоторых из них само творение приписывается силе слова. Внешний аспект мысли Бога есть слово, ввиду того, что Бог, прежде чем творить, думал и хотел; поэтому творение началось со слова. Среди суеты и натиска нашей материалистической жизни нервы теряют чувствительность и притупляются; чем старше мы становимся, тем больше притупляется наш ум и тем больше мы склонны пренебрегать явлениями, упорно и неизменно повторяющимися вокруг нас. Однако человеческая природа иногда заявляет о себе, и мы начинаем удивляться некоторым обыденным событиям и принимаемся изучать их; таким образом, удивление является первым шагом к обретению света. Мы видим, что звуковые символы, помимо высшего философского и религиозного значения слова, играют выдающуюся роль в человеческой жизни. Я говорю с вами, не трогая вас, но колебания воздуха, произведенные моей речью, проникают в ваше ухо, действуют на ваши нервы и производят определенное воздействие на ваш мозг. Вы не можете противиться этому. Что чудеснее этого? Один человек назовет другого глупцом; тот вскакивает с места и наносит обидчику удар по лицу. Такова сила слова. Женщина плачет и горюет; другая женщина подходит к ней и произносит несколько ободряющих слов. Прежде плакавшая женщина приободряется, горе уже не столь сильно подавляет ее, и она даже начинает улыбаться. Какова опять-таки сила слов! Они составляют великую силу как в высшей философии, так и в заурядной жизни. День и ночь мы пользуемся этой силой, не останавливаясь мыслью на ней. Знание этой силы и умение владеть ею также составляет часть карма-йоги.