Читаем Сердце бройлера полностью

– А, ну тогда она вас и отоварит. Настя, где шеи брать будешь?

Такой подлости даже от конкурентки Настя не ожидала.

– Пол-ящика – твои.

– Ящик.

– Черт с тобой!

– Конкуренция! – воскликнул покупатель. – Частная инициатива!

– Да! Конкуренция! – воскликнули Настя с Марией, с неприязнью глядя друг на друга.

– А как вы понесете? – озаботилась Настя.

– Очень просто: у меня вот тут колесики выдвигаются. Покачу.

– Если вам тяжело все сразу увезти, два ящика оставьте у меня. Я все равно буду до вечера.

– Хорошо, – охотно согласился мужчина. – Мне это весьма кстати. Когда вы уходите?

– Для верности приходите часов в пять. А то потом у меня свои дела. Вы, случаем, не «дальнобойщик»?

– Он самый. Как догадались?

– По запаху.

– Ну, значит, около пяти?

Подошел Гасан.

– Хозяин зовет.

– Чего надо? – хмуро спросила Настя.

– Чего надо, там узнаешь. С праздником хочет поздравить.

– Как выручка? – спросил «хозяин». – Новенькая? Садись! – похлопал рядом с собой. Налил полстакана водки, подвинул тарелку с беляшами.

– Вегетарианка я.

– Чего? – не понял «хозяин». – Это такое половое извращение, да? – он положил Насте на плечо руку. Настя скинула ее.

– Ты что? Ты что! – возмутился «хозяин». – Шутку не понимаешь, да?

– Шутку понимаю. Я не Машка. Ее лапай, да? – Настя взяла беляш. – Не жалко? Подарок к женскому дню. Песика угощу.

На улице подошел Гасан. Вздохнул с дружеской улыбкой.

– Резать будем. Лицо портить будем. Жалко. Праздник все-таки.

Настя достала беляш и воткнула в открытый улыбкой рот Гасана, а потом коленом ударила его в пах. Тот скрючился, вылупив глаза и зажав зубами беляш, а Настя сказала:

– Еще подойдешь, вообще яйца отрежу. Жалко, да? В праздник – без яиц?

– Ну, как? – с вызовом спросила Мария.

– Что как? Раз так, два так, будет пятак. Вот так.

Настя с ненавистью посмотрела на ящики с куриными останками.

– Вот шейки, – издеваясь над самой собой, заговорила она, – тут пупочки, тут лапки, бедрышки, печень, головы, сердца… Это ж какую голову надо иметь, чтобы купить все это, какое сердце, чтобы сожрать, какую печень, чтобы переварить, и какие лапки, чтобы унести отсюда ноги?..

– Ты чего это? – Мария с удивлением глядела на нее. – Гасан обидел? Или «сам»? На сигарету.

– Давай. Спасибо.

– Они, сволочи, даром ничего не делают – всё через постель!

Без десяти пять, когда сумерки опустились на рынок и люди почти разошлись к накрытым столам, подошел «дальнобойщик». Стал с прибаутками загружать шеи в рюкзак. Тут же появился Гасан с двумя сподвижниками.

– Отойди, мужик. У нас разговор по душам с этой женщиной, – Гасан бесцеремонно, даже не глядя на «дальнобойщика», оттеснил его от прилавка. «Дальнобойщик» поднял свой огромный рюкзак и опустил на голову Гасана. Тот молча свалился на землю.

– Упал! – удивился «дальнобойщик» и поглядел на спутников Гасана.

Один из них заскочил ему за спину и ударил в бок ножом.

– Ах ты!.. – «дальнобойщик» поднял рюкзак, но в это время в него второй раз вошел нож…

Завизжали женщины.

– Куда смотрит милиция? – воскликнул простодушный голос.

Настя схватила весы и обрушила их на голову того, кто был с ножом. Тот рухнул на землю, забрызгав кровью прилавок. К прилавку от павильона бежали люди «хозяина». Тут подлетел «БМВ», резко затормозил, и из него, матерясь, вылез огромный мужчина в длинном черном плаще. Поглядел на итоги битвы, на подбегающий резерв, поднял вверх руку. Люди «хозяина» остановились. Насте мужик показался знакомым. Ну и мяса в нем – гора горой. Никак Гора? На свободе, значит.

– Ну, чего тут? – гора мяса подошла к прилавку. – Чей лоток?

– Иван!

Гора посмотрел на Настю и не удивился.

– Ты? Знал, что наши дорожки пересекутся. Ты заводила? Или этот? – Гора указал на сидящего у стены «дальнобойщика. Тот зажимал рукой бок.

– Он, – указала Настя на отползшего от прилавка Гасана.

Гора поманил людей «хозяина». Указал на Гасана.

– Он тут лишний. Позовите-ка Гошу. Этого увезите в больницу, – ткнул толстым пальцем в «дальнобойщика».

Гасана увели в «кабинет», его дружка с разбитой головой потащили туда же. «Дальнобойщика» посадили в «Жигули» и увезли. Торопливо притрусил «хозяин». Гора кивнул ему на автомобиль. «Хозяин» скользнул в дверцу. Следом с трудом забрался Иван. Машина просела. Дверца захлопнулась. Машина отъехала к воротам и остановилась. Потом развернулась и выпустила Гору и «хозяина». «Хозяин» стал быстро и зло говорить о чем-то своим людям, резко кивая на Настю и на Гору, потом ушел.

– Баста, Настя. Проблему закрыли!

– Что ты ему сказал?

– Гоше? Я ему сказал: если ты проблема, тебя решают. Вот что я сказал ему. Много не люблю говорить. Работай, Настя. Ни одна сволочь, даже такая, как я, – не тронет тебя!

Там, где все многообразие человеческих лиц сводится к двум дуракам, из которых один покупает, а другой продает, где вся роскошь человеческого общения да и вообще вся человеческая жизнь запечатлена, как на могильном камне, надписью «купился – продался», где встречные потоки денег и товаров выкручивают человека, как мокрую тряпку, – там человеческое слово, вовремя сказанное, дорогого стоит.