Они слушали и все больше закипали от гнева, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на женщин. Закончив, Саманта ожидала потока оскорблений в свой адрес от всех пятерых. Но ничего подобного не произошло, вместо этого воцарилась долгая тишина. А затем Иона, самый старший, сказал:

— Мама уничтожила завещание.

Саманта не нашлась, что сказать. Аннет, хмурясь, перебирала в памяти старые законодательные акты штата Виргиния, где речь шла об утерянных или уничтоженных завещаниях. На Мэтти эти хитрости не произвели должного впечатления, она с трудом сдерживала смех.

А Иона меж тем продолжил:

— Уверен, у вас есть копия этого завещания, но, насколько я понял, она уничтожила оригинал. И в таком случае копия ничего не значит. Я прав?

Мэтти кивнула, признавая вполне очевидный факт: Иона успел проконсультироваться у платного юриста. Но зачем ему понадобилось платить за консультацию, ведь проще было бы составить новое завещание? Да затем, что Фрэнсин ни за что бы не согласилась его подписать.

— А откуда вы знаете, что миссис Крамп его уничтожила? — спросила она.

— Она сама мне сказала, на прошлой неделе, — ответила Юна Фэй.

— И мне тоже говорила, — закивала Ирма. — Сказала, что сожгла его в камине.

А Делосе добавил:

— Мы искали везде и не нашли.

Все было хорошо отрепетировано, и пока эти пятеро стояли друг за друга горой, ничего поделать было нельзя. Лонни спросил:

— Раз завещания нет, мы наследуем землю в равных долях, правильно?

— Допустим, — сказала Мэтти. — Впрочем, не знаю, какую позицию здесь может занять «Маунтин траст».

— Передайте этим своим «Маунтин траст», пусть катятся в задницу, ясно вам? — проворчал Иона. — Да они и слыхом не слыхивали о нашей собственности, пока вы не впутали их в это дело. Это наша земля, всегда принадлежала семье.

Четверо его братьев и сестер дружно закивали.

И тут у Саманты словно включился некий защитный механизм. Если Фрэнсин действительно уничтожила завещание или эти пятеро лгут и нет никакой возможности доказать обратное, то не лучше ли отдать им эти чертовы восемьдесят акров и распрощаться с ними раз и навсегда? Меньше всего на свете ей хотелось вмешиваться в битву между семейкой Крамп и «Маунтин траст», выступать в роли главного свидетеля и выслушивать оскорбления с обеих сторон. Ей совершенно ни к чему снова видеть этих людей.

Но Аннет с Мэтти успели выработать другую тактику. Мэтти сказала:

— Послушайте, друзья мои, мы, как юристы, не будем даже пытаться утвердить это завещание в суде. Это не наша работа. И лично я сильно сомневаюсь, что «Маунтин траст» захочет ввязаться в длительную тяжбу из-за этого завещания. Да на одни судебные расходы по делу уйдет больше, чем стоит сама эта земля. Если завещания нет, стало быть, нет. И вам следует найти юриста, который бы занялся этим делом, назначил временного управляющего владениями. И создал бы предпосылки к разделу этой собственности между вами, поскольку вы будете вступать в права наследования не по завещанию, а по закону.

— Вы не могли бы этим заняться? — спросил Иона.

Все трое в ужасе отпрянули при одной только мысли о том, что будут представлять этих людей. Аннет нашлась первой:

— О, нет, это невозможно, поскольку именно мы составляли завещание.

— Но ведь это самое обычное рутинное дело, — быстро добавила Мэтти. — За него может взяться любой юрист, который держит контору на Мейн-стрит.

Юна Фэй улыбнулась и сказала:

— Что ж, спасибо за совет.

Лонни спросил:

— И нам причитается все в равных частях, да?

— По закону это так, — ответила Мэтти. — Но вам все равно придется проконсультироваться с юристом.

Глазки у Лонни уже забегали по сторонам. Было ясно: еще не успев выехать из Брэйди, члены семьи передерутся насмерть. К тому же на улице их ждут родственники, которые тоже не прочь поживиться и оттяпать часть денег угольной компании.

Ушли они тихо и мирно, и едва за ними затворилась дверь — как все надеялись, в последний раз, — женщины решили, что надо отметить этот праздник. Они заперли входную дверь, сбросили туфли и побежали в конференц-зал, где собрались выпить по глотку вина и вдоволь посмеяться. Аннет даже попыталась изобразить сценку поисков завещания в доме покойной и отчаянно шарить по шкафам и ящикам. Их мать лежала в гробу, а они переворачивали мебель, судорожно рылись везде, где только можно. И если бы нашли завещание, то непременно сожгли бы его.

Никто из них не верил, что Фрэнсин намеренно уничтожила свое последнее завещание.

И они оказались правы. На следующий день по почте прибыл конверт с оригиналом и запиской от Фрэнсин, в которой она просила Саманту о защите.

Так что Крампы вскоре должны были вернуться вновь.

Глава 30