Читаем Серая гора полностью

— Да будет вам! — рявкнул Иона. — Подумаешь, просто какое-то завещание, всего на две странички, больше пятнадцати минут не займет. Мы отведем маму в кафе позавтракать, тут, рядышком, а вы занимайтесь своим делом. Ну а потом вернемся, она все подпишет, и мы отправимся по домам.

— Мы отсюда не уйдем, пока она не подпишет новое завещание, — решительно заявила Ирма, словно собираясь разбить в конференц-зале палаточный лагерь.

— О да, конечно, — сказала Аннет. — Если не уйдете, я позвоню шерифу. Как думаешь, Саманта, когда будет готово новое завещание?

— В среду днем.

— Вот и замечательно. Тогда до среды, миссис Крамп.

— Нет, погодите! — воскликнул Делос и вскочил. Лицо его покраснело от волнения. — У вас же есть эта чертова штука в компьютере! Так просто внесите в нее поправки и распечатайте. Это и пяти минут не займет, и мама подпишет. Мы не можем торчать здесь целую неделю. Еще вчера должны были уехать.

— Я прошу уйти вас сейчас же, немедленно, сэр, — сказала Аннет. — А если хотите, чтоб вас обслужили побыстрее, у нас в городе полно других юристов. Их конторы на Мейн-стрит.

— Значит, пойдем к настоящим юристам, — сказала Юна Фэй и поднялась из-за стола. Остальные последовали ее примеру, подхватили Фрэнсин под руки и направились к двери. И уже собрались выйти, когда Саманта вдруг спросила:

— А вы хотите составить новое завещание, миссис Крамп?

— А как же, прямо спит и видит, — грубо рявкнул в ответ Иона, но сама Фрэнсин промолчала.

Они вышли, не говоря больше ни слова, и захлопнули за собой дверь. Когда все стихло, Аннет сказала:

— Не готовь никакого нового завещания. Дай им время убраться из города, а потом позвони Фрэнсин и скажи, что мы больше не хотим принимать в этом участия. Они приставили ствол к ее голове. От всего этого дела скверно пахнет. Если она хочет составить новое завещание, пусть платит. Может, и наскребут все вместе двести баксов. Мы и без того потратили на нее уйму времени.

— Согласна. Так мы едем в суд?

— Да. Мне вчера вечером позвонили. Фиби и Рэнди Фэннинг угодили в тюрьму, их задержали в субботу с целой уймой мета. Им светит несколько лет за решеткой.

— Вот это да! Ничего себе понедельник выдался. А где их ребятишки?

— Пока не знаю. Выясним.

Всего задержанных оказалось семеро, хотя в полиции утверждали, что последуют и новые аресты. Фиби сидела рядом с Рэнди в первом ряду. По другую руку от него находился Тони — всего четыре месяца назад он вышел из тюрьмы и вот теперь мог угодить обратно лет на десять. Рядом с Тони сидел один из хулиганов, угрожавших Саманте несколько недель тому назад на выходе из зала суда. Остальные трое являли собой омерзительное зрелище — длинные грязные волосы, татуировки на шеях, небритые физиономии, красные, с опухшими веками глаза «торчков», сидящих на наркоте долгое время. Они по очереди вставали, подходили к судье, заявляли, что ни в чем не виноваты, и возвращались на свое место. Аннет убедила Ричарда, обвинителя, разрешить ей переговорить с Фиби хотя бы пару минут. Женщины отошли в уголок, поблизости маячил пристав.

Фиби сильно похудела за то время, что они не виделись, на лице ее отчетливо виднелись следы разрушительного действия наркотиков. При виде Аннет глаза ее сразу увлажнились, и она пробормотала:

— Мне так жаль. Вы уж простите. Сама до сих пор не могу поверить.

Аннет не выказала ей ни малейшего сострадания.

— Не надо извинений. Я вам не мать. Я здесь только потому, что беспокоюсь о ваших детях. Где они? — Все это она произнесла сердитым напористым шепотом.

— У подруги. Сможете вытащить меня из тюрьмы?

— Мы уголовными делами не занимаемся, Фиби. Только гражданскими. Через несколько минут суд назначит вам адвоката.

Слезы на глазах Фиби моментально высохли.

— А что будет с моими ребятишками? — спросила она.

— Ну, если обвинения будут подтверждены доказательствами, то вам с Рэнди придется провести в тюрьме несколько лет, в разных корпусах, разумеется. У вас есть родственники, которые могли бы взять к себе детей?

— Да вроде бы нет. Точно, нет. Семья от меня отвернулась. А в его семье все сидят, осталась только мать, но она сумасшедшая. Мне никак нельзя в тюрьму, понимаете? Я должна позаботиться о ребятишках. — На глазах ее снова выступили слезы, поползли по щекам. Она даже согнулась пополам, точно получила удар в живот, ее начала сотрясать дрожь. — Они не могут отобрать у меня детей, не имеют права, — громко сказала она, и судья обернулся к ним.

Саманта не могла удержаться от мысли: а о чем ты думала, когда пошла торговать наркотой? Разве о детях? Она протянула Фиби бумажный платок, похлопала по плечу.

— Ладно, посмотрим, что тут можно сделать, — сказала Аннет. Фиби вернулась на скамью подсудимых, в компанию своих соучастников в оранжевых комбинезонах. Саманта с Аннет уселись по другую сторону от прохода. Аннет шепнула:

— Строго говоря, она уже не является нашим клиентом. Наше участие в ее жизни закончилось, когда она забрала заявление о разводе.

— Тогда зачем мы здесь?