– …А с ним и командование Славным Воинством Зодчей, равно как и власть над Великим Лабиринтом. Я объявляю все это своим по праву крови, плоти и победы… Во имя правды, во имя завета… Всем бедам наперекор!..

Что-то коснулось его ноги, и Артур громко ойкнул, нарушив торжественную тишину, воцарившуюся было после произнесения формулы овладения Ключом. Посмотрев вниз, он увидел змею. Параграф Четвертый обвивался вокруг его ноги, поднимаясь по ней вверх.

Маршалы тем временем воспользовались минутной растерянностью Сэра Четверга и кое-как загнали его в угол. Однако он не был ни обезоружен, ни побежден. Все, что могла сделать достославная троица, – это держать его там и с горем пополам уворачиваться от его молниеносных выпадов и ударов. Может, Четвертый Ключ ему более и не повиновался, но менее опасным от этого он не стал.

– Направь на него Ключ и скомандуй «смирно», – прошипело Волеизъявление.

Оно теперь свисало у Артура с плеча, точно причудливый аксельбант, ромбическая голова раскачивалась непосредственно у него подле уха, что, в общем-то, действовало на нервы.

– Я не хочу пользоваться Ключом… – так же тихо шепнул в ответ Артур.

– Что?! – изумилась змея. – Но ведь ты – Законный Наследник! Я-то уж знаю!..

– Так-то оно так… – отозвался Артур. – Слушай, давай потом это обсудим?

– Ладно, ты завладел моим Ключом, – подал голос Сэр Четверг. Он опустил меч, и маршалы не бросились его добивать, отступили. – Только для того, чтобы командовать моей армией, нужно кое-что еще, особенно когда враг стоит у ворот… Ведь он по-прежнему у ворот, так?

– Так точно, сэр, – отозвался какой-то полковник. – Мы, впрочем, уверены, что, как только секции начнут двигаться снова, противник утратит мужество…

– Секции двигаться не начнут, – сказал Сэр Четверг. – Предательство помешало мне уничтожить гвоздь!

Эти слова вызвали шквал ахов, охов, стонов и даже один-два возгласа отчаяния. Некоторые офицеры отвели глаза; на Артура смотрели очень немногие. Такое поведение явственно показывало, что дела плохи. Даже очень плохи. Артур невольно прислушался и различил звуки сражения. Недоставало только пушечной канонады. И некогда было думать о том, хорошо это или плохо, отчего молчат пушки – из-за нехватки пороха или из-за характера атаки?..

– Я – государь Артур, Законный Наследник Зодчей, – объявил Артур во всеуслышание. – Отныне я принимаю командование на себя. Маршалы Рассвет, Полдень и Закат! Приказываю вам разоружить и арестовать Жителя, известного ранее как Сэр Четверг!

– Я командую армией по прямому и непосредственному приказу государя Воскресенья, переданному мне в письменной форме Превосходной Субботой, – возразил Сэр Четверг. – Возможно, я поторопился, приказывая предать смерти детей Дудочника, но идет война, и мы на осадном положении! Вам всем отлично известно, что я и только я могу привести всех нас к победе над новопустотниками. Арестуйте этого Артура! В должный срок его дело будет рассмотрено трибуналом.

– Используй Ключ! – прошипело Волеизъявление.

– Волеизъявление Зодчей избрало меня, – сказал Артур. И поднял руку, чтобы все могли видеть змею. – Перед вами – Четвертый Параграф Волеизъявления!

Тем не менее он чувствовал, как меняется настроение Жителей в комнате. Им будет так легко вернуться в прежнюю колею и бездумно повиноваться Сэру Четвергу…

– Какое еще Волеизъявление? – спросил прежний главком. Он шагнул вперед, и трое маршалов подались назад, не поднимая оружия. – Это всего лишь заколдованная змея, тварь из Верхнего Дома. Ожившее украшение Ключа. Эй, полковник Рептон, ты там ближе всех стоишь! Арестуй этого самозванца, чье подлинное имя – лейтенант Зеленка!

– Используй же Ключ! – прошипело Волеизъявление, и в тихом змеином голосе Артур услышал отчаяние.

Глава 26

– Я, вообще-то, не лейтенант Зеленка и не самозванец, а Законный Наследник, – устало и отрешенно выговорил Артур.

И поднял Четвертый Ключ.

Пока он отрывал его от пола, громадный меч послушно уменьшился, приспосабливаясь к его руке и превращаясь в изящный маршальский жезл из слоновой кости, увитый золотыми лавровыми ветвями. Когда Артур поднял его, Ключ засиял зеленоватым светом, напомнившим мальчику о лунных ночах в Лабиринте.

Артур направил его на Сэра Четверга, глядя бывшему Доверенному Лицу прямо в глаза, некогда черные, а ныне приобретшие странный желтоватый оттенок.

– Смир-на! – скомандовал Артур.

Это заставило вытянуться по стойке смирно всех присутствовавших… кроме самого Артура – и Сэра Четверга. На лбу низложенного главкома надулась и принялась пульсировать вена – так отчаянно он противился могуществу Ключа. Потом, медленно-медленно, его каблуки поползли один к другому и наконец сошлись с весьма внятным щелчком. Руки вытянулись по швам, конец меча, как подобало, прижался к плечу.

– Ты лишаешься всех званий и привилегий, – сказал Артур. Его голос, напоенный мощью Ключа, звучал вовсе не по-мальчишески. Он гудел властной, пугающей силой.