Читаем Сэр Четверг полностью

– На закате он переместится к северо-западу, – ответил Корби, похлопывая полевую сумку с эфемеридой. – Хоть эти с глаз долой уберутся!

– Их теперь в Лабиринте около миллиона, – негромко проговорил сержант. – Скоро в каждой секции будет полным-полно. Зачем тогда и перемещать?

– Пораженческие разговоры ведешь, сержант. Я этого не потерплю, – отрезал Корби. – И кстати, пустых секций еще море, так что масштабного вторжения никак не получится. Против тектонической стратегии не повоюешь, понимать надо! К тому же я слышал, второй батальон Полка вчера опять сражение выиграл.

О том, что третьего дня девятнадцатая когорта Легиона чуть было не проиграла свою битву, Корби на всякий случай упоминать не стал. Да, перемещение секций весьма успешно дробило вражеские силы, но… на некоторые участки успевало прорваться слишком уж много пустотников. Иные из этих секций приходилось очищать буквально любой ценой, потому что в скором времени они должны были приблизиться к Генштабу либо к другим фиксированным позициям.

Вот уже шесть недель прошло с тех пор, как Корби с подчиненными покинул Пограничный форт. За это время пустотники успели форт захватить. Полковник Нэж погиб вместе со всем гарнизоном… Пока длилась неравная битва, Нэж все же сумел запереться в машинном отделении и удерживать его в течение двенадцати часов, после чего ворота были закрыты. Внутрь Лабиринта тогда успело пройти четыреста или пятьсот тысяч пустотников. Месяцем позже ворота опять распахнулись, хотя все худо-бедно разбиравшиеся в их работе считали подобное невозможным. И теперь каждый день десятки тысяч пустотников свободно проходили внутрь.

Тем не менее Корби не кривил душой: проверенная временем тектоническая стратегия продолжала работать. На закате каждого дня секции Лабиринта смещались – и в результате враг не мог сконцентрировать свои силы для решительного удара. Славное Воинство било его по частям, причем пока почти всегда успешно.

А еще поговаривали, что Сэра Четверга отнюдь не устраивает такое положение дел. Характер у него и в мирное время был не сахар, а уж теперь стал и вовсе взрывоопасным. То-то он сорвался при разговоре с маршалом Рассвет и серьезно изувечил ее, а за что? Она всего-то усомнилась в некоторых нюансах боеспособности армии и спросила, разумно ли было менять план кампании столь радикально, да к тому же в самый последний момент…

По мнению Корби, Рассвет была абсолютно права в своих сомнениях. Менять все планы за несколько часов до того, как их предстоит претворять в жизнь, – нет, ребята, так дела не делаются. И майор Правуил в качестве посыльного произвел на Корби, мягко говоря, странное впечатление. Если пограничник что-нибудь понимал, этот «майор» вел себя не как нормальный офицер, а… как тайный агент на задании.

Ох, попахивало тут политикой, и даже не попахивало, а откровенно воняло. Высокой политикой. То есть вмешательством с самых высших верхов, какие только бывают.

Корби ненавидел политику.

– Наблюдаю движение у границы секции, – подал голос один из его подчиненных. – Э, да нас, похоже, заметили! Вижу офицера… ну старшего пустотника, как он там у них называется… Он посылает в нашу сторону подразделение!

Корби посмотрел вниз. Его пограничники укрывались в нагромождении скал на вершине холма. Наверное, какое-нибудь неосторожное движение выдало их врагу. Или отбросила блик его собственная труба-дальноскоп…

Корби машинально взглянул на солнце. Оно висело над западным горизонтом, но так неспешно совершало свой путь, что до заката оставалось еще добрых полчаса, если не больше. Граница же секции, видимая его натренированному глазу как едва заметная смена оттенка земли, проходила в сотне футов внизу. Если пустотники вздумают атаковать, надо будет пересечь границу засветло, чтобы успеть до перемещения секций. А это, как полагал Корби, было вполне возможно.

Он не зря занял позицию именно здесь, в самом углу секции. Быстрая пробежка в одном из двух направлений – и смещение унесет пограничников в безопасное место.

– Что-то там такое с этой колонной… – пробормотал сержант. – Похоже, волокут что-то… Ага! Да у них там целая упряжка не-коней!

Корби поспешно вскинул зрительную трубу. Не-кони были ценными животными, скопированными с земных лошадей. При Мрачном Вторнике их то ли разводили, то ли делали у него в Яме. После свержения Мрачного новых поступлений не-коней ждать было неоткуда, к превеликому сожалению Среднепочетной Артиллерии и Орды.

И вот поди ж ты – пустотники погоняли чуть не две сотни не-коней, впряженных в гигантскую, о двадцати колесах, повозку длиной футов шестьдесят! А на этой повозке…

Корби опустил дальноскоп, хорошенько потер утомленный глаз и посмотрел снова.

– Что там? – спросил сержант.

– Похоже на гигантский гвоздь, – отозвался Корби. – Гвоздь в шестьдесят футов… и сделанный из чего-то очень странного… Материал сплошь темный и света не отражает. Наверное, это род…

– Пустоты?

– Да, видимо, так. Магически стабилизированная Пустота… Но чего ради тащить ее в Лабиринт? Они же не могут знать, где в итоге окажутся…