Читаем Сен-Жермен полностью

– Господин Ф. мечтает разузнать, где мое убежище? Ему позарез нужна истина? Он готов согласиться с чем угодно. Пусть я являюсь посланником дьявола, Вечным жидом, загадкой природы, просто обычным долгожителем, обремененным несколькими заметными талантами – это не имеет никакого значения. Он готов ко всему, но только чтобы любой из всех возможных вариантов был доказан, подтвержден фактами, свидетельствами очевидцев. Одним словом, улики должны быть неопровержимы. Ни с чем другим он не примириться! До чего же искусственна подобная правда, она страшнее самой дерзкой лжи. Что ж, ещё раз сыграем в догонялки. Видно, мне никогда не избавиться от решительно настроенных борцов за истину. Разве что стоит обыграть их ещё раз? Потом придут новые поколения. Среди них тоже найдутся существа, которых хлебом не корми, только дай добыть неведомое, завладеть странным. Каким способом, не важно. Вот здесь, Джонатан, и пролегает водораздел – каким способом! Что ж, попробуем кинуть кости. Только сразу предупреждаю, это опасная игра. Итак, ваша новая встреча назначена в Базеле?

– Да, и на этот раз я потребую, чтобы этот шпик и его хозяин больше не досаждали мне и вам! Я не желаю иметь с ним никаких отношений! – заявил Уиздом.

– На каком основании? – изломил бровь Сен-Жермен. – Подобным образом от них не избавишься. Эти люди, Джонатан, никогда не потеряют след. Единственное наше спасение в быстроте.

– Но не всеведущи они! – воскликнул молодой англичанин. – Как же они вынюхивают, куда мы держим путь?

– Вот об этом я как раз и размышляю. Каким-то образом они же отыскали нас в Страсбурге, хотя мы сделали большую петлю… – тут Сен-Жермен на мгновение замер, наконец хлопнул себя по лбу. – Как же я раньше не догадался. А ну-ка, снимите шляпу.

Джонатан повиновался. Его рыжие, чуть вьющиеся волосы упали на плечи.

– Вы, Джонатан, у нас словно боевой штандарт. Полковое знамя. Следить за вами – одно удовольствие.

Граф рассмеялся.

– Теперь я начинаю понимать, – объяснил он, – что так развеселило барона во время нашего обеда у Вефура, когда я рассказал ему историю принца Конти, у которого был невероятно рыжий камердинер.

Англичанин слегка нахмурился.

– Вы полагаете, они постоянно держали меня под наблюдением.

– Конечно, мой юный друг. Стоило им только поинтересоваться на почтовой станции или в гостинице – не останавливался ли здесь англичанин, рыжее которого во всей Бельгии или Франции не сыскать, как они сразу получали все, что им требовалось. К тому же описание кареты, лошадей. Все это придется сменить. Слышишь, Карл?

Немой кивнул.

– А вам, мой юный друг, придется постричься и напялить парик. Но будет лучше, если мы расстанемся здесь и вы отправитесь на родину. Причины, побудившие меня поступить именно так, я изложу в письме к лорду Честеру. Мы будем поддерживать связь по переписке, и когда я сочту себя готовым к путешествию в Индию, я отправлю вам депешу, и вы присоединитесь ко мне в каком-нибудь порту.

– Ваша светлость, вы вправе решать, как поступить, но мне бы не хотелось расставаться с вами. В Лондоне меня никто не ждет, я – сирота. Жены у меня нет, собственности, за которой требуется пригляд, тоже. У меня крепкие руки, острый глаз. Владею оружием. Я готов верно служить вам.

– Но я не готов рисковать вашей жизнью, Джонатан. Признаюсь, без вас мне действительно будет трудно закончить мемуары. Может, это и к лучшему. Видите, какие страсти разыгрались вокруг ненаписанных ещё страниц. Что же начнется, когда они появятся на свет?

– Но я полагаю, что если человеку есть, что сказать людям, он должен это сделать.

– Вы так полагаете! – усмехнулся граф. – Досадное заблуждение. Но я не собираюсь с вами спорить. Я не вправе отвергать ваш выбор. Вместе так вместе. Итак, нам необходимо сбить их со следа?

Граф поднялся, подошел к парапету, глянул сверху на долину, где торопливо, покрытый клочьями тумана, бежал Рейн. В противоположном направлении, к северу, уклон заметно повышался, острился. В той стороне золотисто искрились снежные шапки гор, пониже гроздья облаков скрывали склоны.