Читаем Семь стихий полностью

Но, положим, требуется рассчитать положение космического зонда, отправленного за тридевять земель, к другой планетной "карусели", для того, чтобы управлять им? Чтобы движения его механических рук были точны, чтобы электронные зрачки его работали бы наподобие птичьего глаза? Речь идет о метрах, сантиметрах, прибор должен ощущать их сквозь пустоту космических бездн. Рассмотреть один-единственный атом под увеличительным стеклом. Попасть пулей в невидимую мишень. Различить на дне океана песчинку. Вот на что это похоже. Только еще труднее.

Сто цифр... В недавнем прошлом это стоило бы энергии всей планеты. Сто двадцать цифр - энергия всей солнечной системы. Вот что означает точность и достоверность. Управлять на близком расстоянии, на самой планете? Тогда нужно передать сюда энергию. И тоже издалека. И тоже точно. Но ведь управлять нужно не только зондами. И не только киберами...

Вот почему отношения между цивилизациями разного уровня - задача, чаще всего непосильная ни для одной из них.

Но контакт с равными себе - совсем другое дело. Он ускоряет развитие почти всегда. Он почти невероятен, это правда. Случайную возможность легко упустить. У таких цивилизаций нет карты Галактики с пометками против обитаемых миров...

И вдруг опускается зонд. Посланец с далекой звезды (ее почти не видно на здешнем небосводе, не говоря уже о планетах, ее спутниках, - уж их-то не рассмотреть даже в самый сильный телескоп).

Контакт может состояться. Стоит только механической руке зачерпнуть грунт в нужном месте. Маленькое отклонение, промах - и возможность сообщения утеряна на тысячелетия, если не навсегда. Нить межпланетной связи окажется разорванной: в бескрайней вселенной найдется немало других объектов для исследования. Что по сравнению с утраченной навсегда возможностью пауза в столетие? Пусть даже через двести лет проснется заколдованный стихиями мир подводных цветов - и тогда это будет праздник для всех. Но он никогда не проснется, если наш земной зонд не поднимет грунт с цветком, если механическая рука промахнется, если внимание электронного глаза привлечет глыба гранита, песчаника или просто горка глины. Только равные, только представители близкой цивилизации могут снять вековечные чары: другим, даже более могущественным, туда дорога заказана.

Правда, они могут кое-что: нетрудно чуть-чуть поправить движение механической руки, не так ли? Ведь это все равно могло произойти само собой. Случайно. Вмешательство? Отнюдь...

- Ну вот, - сказала женщина с коралловыми бусами, - так, быть может, это и произошло тогда.

И она снова улыбнулась, на этот раз чуть лукаво.

А я стал думать о продолжении истории.

Стало ясно, как развивались события.

Как раз тогда она была нашей гостьей, если только так позволительно выразиться, - незаметной, неприметной, но так и должно было быть. С ней был кто-то еще, все вместе они наблюдали и за нашим зондом, посланным к Близнецам (мы о нем давно и думать перестали). Это же поворотный пункт! С него могли начаться наши отношения с соседями по Галактике. И вот они решились: небольшая коррекция - и манипулятор нашел камень, испещренный письменами, и цветок на дне бассейна... Свершилось. То же самое могло произойти и само по себе. И все же это был удивительный по нашим понятиям и масштабам эксперимент. Они измеряли параметры зонда отсюда, с Земли, и тут же вводили новые данные, на расстоянии в десятки световых лет... Трудно даже вообразить такое. Вот почему она лукаво улыбнулась, когда сказала:

- Это нетрудно: чуть-чуть поправить движение мемеханической руки, не так ли?

Одно это рассказало мне больше об их уровне и возможностях, чем я смог бы усвоить из многотомного трактата. Я представлял, что это значило, у меня захватило дух, и я попытался вдруг совсем не к месту выразить восторг. Она сухо остановила меня. Тогда в нетерпении я воскликнул:

- Это удивительно, вы раскрыли мне глаза на саму проблему! Но я могу упрекнуть вас в противоречии: наша с вами встреча была контактом! А ведь его не должно быть! Уровни несопоставимы.

- Не должно... - задумчиво сказала она. - Вы говорите о той, первой встрече? Когда я увидела, как мальчик провалился в яму?.. Что ж, вы правы.

- Но ведь вы спасли меня тогда! Как же, позвольте, согласуется это с проблемой контактов столь разных сообществ? Как вы могли это сделать, не нарушая ваших же принципов? Уж это-то вам объяснить не удастся!

- А как бы поступили вы?

- Я? Почему я?

- А вот почему. Представьте, что вы потратили много, очень много сил на то, чтобы выручить - я не нахожу более подходящего слова - другого, другую... там, за тридевять земель, где-то в космосе, Аиру, например. Выручить, спасти - и это стоило таких трудов, что вы и ваши друзья смертельно устали и кто-то произнес слово "подвиг". Но рядом, заметьте: рядом! - погибает человек. Даже не в двух шагах, нет, а совсем близко. Так близко, что вы ощущаете почти физически тепло его протянутой руки. Что вы сделаете? Вспомните о теоретических предпосылках? Об информативности контактов? Ну?

- Я думаю, что... нет. Да, я понимаю.