Читаем Семь сестер. Атлас. История Па Солта полностью

– Ганс рассчитывает, что мы подойдем к Делосу на рассвете. Я позвоню Клавдии и сообщу ей о нашем прибытии. – Он сделал паузу. – Девочки… мы поступаем правильно?

Человек, который за последний год был источником уверенности для сестер, сейчас выглядел абсолютно растерянным.

– Совершенно правильно, Георг, – заверила Стар.

– Мы можем поговорить с ним по телефону прямо сейчас? – спросила Алли. – Просто на тот случай, если что-то произойдет?

Георг грустно покачал головой.

– Ему трудно говорить по телефону. Фактически у него почти не осталось сил. Я думаю, будет лучше, если Клавдия не сообщит ему о нашем скором прибытии.

– О боже, – прошептала Стар. – Что, если он не переживет эту ночь?

– Переживет, Стар, – пообещала Тигги. – Обязательно переживет.

63

Когда «Титан» приблизился к Делосу, крошечный остров купался в предрассветном сиянии, солнце еще не выглянуло из-за горизонта. Островок был каменистым, с пятнами зеленой и желтой травы, которые поднимались к одинокой вершине. Это в сочетании с отдельными древнегреческими колоннами, стоявшими здесь и там, создавало атмосферу старинного чуда.

Не было никакой возможности завести «Титан» в миниатюрную гавань, поэтому Ганс Гайя опустил якорь как можно ближе к острову и подготовил катер, чтобы доставить сестер на берег. Пока Алли вела к причалу маленький катер, на берегу появилась знакомая фигура. Клавдия помогла девушкам выбраться из катера и поочередно обняла их. Самые долгие объятия она приберегла для своего брата Георга. Обычно сдержанная экономка Атлантиса разрыдалась в его руках.

– Девочки, – всхлипывала она. – Ваш отец – настоящий ангел-хранитель.

– Отведи нас к нему, Клавдия, – попросила Майя.

Экономка повела группу по пыльной тропе к подножию большого зеленого холма, где дорожка стала настолько узкой, что сестры выстроились вереницей. На вершине появилось отдельно стоявшее бунгало с выбеленными стенами. Как и писал Па Солт, оттуда открывались величественные панорамные виды на античный остров и морские просторы.

– Как он себя чувствует, Клавдия? – поинтересовалась Алли.

– Ему становится хуже; на прошлой неделе он перенес очередной сердечный приступ. Когда я подумала, что это его последний день, то рассказала ему, что Мерри нашлась и что вы все собираетесь возложить венок на море. Это поддержало его силы. Он всю свою жизнь не хотел сдаваться, но теперь… – Клавдия повернулась к Мерри и взяла ее за руку. – Моя дорогая… Наверное, будет лучше, если девочки сначала подготовят его к вашему появлению. Он очень слаб.

– Разумеется, – кивнула Мерри.

– Ма, ты можешь зайти первой и сказать ему, что все мы здесь? – спросила Майя.

– Что-то мне подсказывает, что он уже знает, – прошептала Тигги.

– Конечно, chérie. – Ма грустно улыбнулась. – Я зайду первой и скажу ему.

Клавдия вошла с Мариной в прохладный, тенистый дом и повела ее по коридору в спальню, расположенную позади.

– Ты готова? – спросила Клавдия. Марина кивнула, и Клавдия открыла дверь.

Атлас дремал на двуспальной кровати в углу комнаты, обложенный несколькими белоснежными подушками. Когда Марина подошла ближе, он медленно открыл глаза и повернул голову, чтобы лучше видеть ее. Его кожа посерела, глаза запали, но радужки сохраняли обычный карий блеск.

– Здравствуйте, chérie, – тихо сказала она и взяла его хрупкую руку. – Это я, Марина.

Атлас улыбнулся.

– Здравствуйте, Ма.

Она осторожно обняла его, расстроенная его худобой. Потом выдвинула деревянный стул и опустилась рядом с ним.

– Марина, я… простите, – прошептал он. – Простите… за все.

– Шшш, chérie, – утешила его Марина. – Тут не за что просить прощения.

– Девочки… с ними все в порядке?

– Все замечательно, Атлас.

Эта новость успокоила его.

– Они знают, что я жив?

– Да, Атлас, они знают. Они стоят снаружи и ждут встречи с вами.

Плечи Атласа расслабленно опустились.

– Девочки здесь? Они приехали ради меня?

– Да. Они все здесь.

– Вы хотите сказать… – Марина кивнула. – Она здесь? – надтреснутым голосом спросил Атлас. – Моя первая дочь?

– Да.

Атлас попытался собраться с силами, борясь с поверхностным, прерывистым дыханием.

– Им известно, что я при смерти?

– Не будьте смешным, chéri. Как будто вы сами в это верите.

– Ма. – Он чуть крепче сжал ее руку. – Все в порядке. Они знают?

Марина сдерживала слезы. Атлас до последнего старался защитить своих дочерей.

– Да. Они хотят попрощаться с вами. Как и я, мой дорогой человек. – Она ласково погладила его по голове. – Сколько трудностей вы пережили!

– Трудностей, Марина? – Атлас умудрился покачать головой. – Нет. Только жизнь и люди, хорошие и плохие, которые появлялись и пропадали за эти девяносто с лишним лет.

– Прежде чем войдут девочки, я хочу отдельно поблагодарить вас за то, что вы доверили мне их воспитание. За то, что приняли меня на работу без квалификации и рекомендаций…

– Моя дорогая Марина. – Он улыбнулся. – Я видел, как вы ухаживали за теми детьми в Париже. Я знал, как много в вас нерастраченной любви.

– Но я делала и ужасные вещи, за которые мне стыдно до сих пор.

Он похлопал ее по руке.