Я не смогла сдержать едва заметной улыбки. Святая вера Флориано в то, что старуха в курсе того, кто он такой, немного забавляла. Впрочем, все они в Южной Америке такие. Без тени смущения готовы раструбить на весь белый свет о своих талантах и достижениях.

– И потом, я тоже хочу своими глазами, Майя, увидеть ту скульптуру, о которой вы только что рассказали мне. Словом, вы не против, если мы отправимся на виллу вместе?

– Очень даже не против. Ваша помощь в моих поисках просто неоценима.

– Уверяю вас, для меня большое удовольствие заняться подобными изысканиями. Как не помочь женщине, прямому отпрыску и точной копии одной из самых известных бразильских красавиц недалекого прошлого?

Я слегка покраснела, почувствовав себя неловко от столь преувеличенного комплимента. Мой циничный ум немедленно стал прикидывать, что именно ожидает от меня Флориано за свою помощь. Случайный секс? Сегодня ведь это считается в порядке вещей. Но только не для меня.

– Простите! – промолвил он, услышав звонок своего мобильника, и оживленно затараторил в трубку на португальском с кем-то, кого он назвал querida(дорогуша моя). – Нет проблем. Буду минут через пятнадцать. – Флориано взглянул на меня и тяжко вздохнул. – К сожалению, вынужден вас покинуть, – сказал он, осушая свой стакан до дна. – Петра, девушка, которая живет у меня, умудрилась снова потерять ключи от нашей квартиры. – Он с деланым возмущением округлил глаза и взмахом руки подозвал к себе официантку, чтобы рассчитаться.

– Нет! – тут же возразила я. – На сей раз плачу я. И еще раз большое спасибо за помощь.

– И вам спасибо! – Он отвесил учтивый поклон. – В какое время за вами заехать завтра?

– Как вам будет удобно. У меня нет никаких конкретных планов на завтрашний день.

– Тогда предлагаю в половине одиннадцатого. Успеем до ленча, и сеньора Беатрис Карвальо, я надеюсь, еще не погрузится в свой послеобеденный сон. Не вставайте, – сказал он, поднимаясь со своего стула. – Продолжайте наслаждаться вином. Итак, до завтра, Майя. Чао!

Он отошел от столика, кивком головы попрощался с официанткой, которая, судя по тому, как она ела Флориано глазами, тоже узнала известного писателя. Я отхлебнула еще немного вина и подумала про себя: «Какая дура! Это же надо вообразить себе такое… Будто этот мужчина захочет переспать со мной».

Флориано, как и большинство других людей вокруг меня, живет своей полнокровной жизнью. Я снова поднесла к губам бокал вина. А вдруг я тоже сейчас стою на пороге своей новой жизни? Тогда мои поиски вполне оправданны.

12

На следующее утро точно в условленное время Флориано уже поджидал меня в фойе. Мы снова уселись в его «Фиат», и Флориано поехал, лихо лавируя в сплошном потоке городского транспорта. Иногда у меня занималось дыхание от страха, ибо столкновение с другой машиной казалось почти неизбежным.

– Кто ваши предки? – спросила я, чтобы отвлечь свое внимание от его рискованной, если не сказать наводящей ужас, манеры вождения. – Вы коренной бразилец?

– А что вы вкладываете в это понятие – «коренной бразилец»? – ответил Флориано вопросом на вопрос. – В Бразилии не существует такого термина. Мы, можно сказать, нация полукровок. В крови бразильцев перемешаны десятки национальностей, разные религии и верования, разный цвет кожи… К коренным бразильцам можно разве что отнести те народы, которые заселяли этот континент на тот момент, когда сюда пятьсот лет назад пришли португальцы и предъявили свои права на все богатства здешних территорий. Началось массовое истребление аборигенов. Те же, кто избежал насильственной смерти, умерли позднее от страшных болезней, которые привезли с собой завоеватели. А что касается конкретно моей семейной истории, то она такова: мама у меня португалка, отец – итальянец. Так что о чистоте крови в Бразилии рассуждать не приходится.

Как же быстро приобретаются знания о стране, которая, вполне возможно, является моей родиной, подумала я про себя.

– А что скажете о семействе Айрис Кабрал?

– Представьте себе, в их родословной тоже есть любопытные подробности. До тех пор, пока в семью не влилась Изабелла, ваша потенциальная прабабушка, в их роду были исключительно одни португальцы. Отец Изабеллы, Антонио Бонифацио, был очень богатым человеком, из итальянцев. Он, как и многие его современники, сколотил свое состояние на кофе. Яснее ясного, что семейство Кабрал переживало тогда далеко не самые лучшие времена. Впрочем, как и большинство аристократических семейств со своими ленивыми и ни к чему не приспособленными чадами. А Изабелла была очень хороша собой, к тому же богата. Словом, такая удачная сделка с обеих сторон.

– Но все это скорее домыслы, чем неопровержимые факты, – возразила я.