Читаем Семь лет тишины (СИ) полностью

Денису было сложно не думать о нем. Он часто представлял своего возлюбленного рядом с собой — вот они вместе идут в магазин, вот подкачивают колесо машины, вот смотрят фильм, а вот оплачивают штраф… Когда Денис разговаривал с ним в своей голове, ему становилось хоть немного легче. Эти нелепые фантазии имитировали наркотик, к которому тянутся руки в минуты ломки. «Мальчик мой, — говорил про себя Денис, обращаясь к нечеткому образу Ромы, — как же я хочу к тебе! Твои губы, твои добрые глаза не выходят у меня из головы. Думаю о тебе, даже когда не думаю. Не хватает твоего голоса, твоих рук, пальцев в моих волосах. Даже если я просто увижу тебя со стороны… Даже если ты не будешь знать, что я тебя вижу… Мне станет легче — достаточно будет знать, что ты живой, что ты где-то рядом».

От патовой ситуации дома Сашу более-менее отвлекала предсентябрьская суета. Ириша шла в первый класс, и родители новоиспеченных первоклашек сходили с ума по малейшему поводу — начиная от того, сколько денег сдавать на прописи, и заканчивая тем, брать ли сменную обувь в первый учебный день. За тот час-полтора, что Денис проводил с Сашей дома вечером, ее «Вотсапп» пиликал без остановки — в группу писали ненормальные мамаши, а иногда и папаши. Для Саши же эта суета была своего рода отдушиной, помогающей хоть на время отвлечься от страхов за будущее семьи.

Отдушиной же для Дениса было общение с Андреем. Чем больше они общались, тем сильнее Денис поражался его острому уму и удивительной эрудиции — Андрей, казалось, читал все книги на свете, слышал все анекдоты, а знание истории удивительным образом сочеталось с пониманием основ органической химии.

Андрей скинул Денису несколько треков, на которых был записан его голос — как сольно, так и с партнершами-сопрано — из «Риголетто», «Манон», «Тоски»… Дениса его тенор пробирал до глубины души — красота голоса накладывалась на понимание того, что Денис знает человека, который это поет.

«А ты мне скинешь посмотреть видео? Наверняка на Ютубе есть?»

«Тут два момента, Львенок)) Первый — видео не так уж и много. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что я не Роландо Вильясон и не Петр Бечала. А второй — нуууу, ты какбэ сразу по записям и по комментам к ним узнаешь про меня усё — где родился, где женился, какая фамилия) Не то чтобы я от тебя это так прям сильно шифровал)»

«Мой милый Эндрю, не продолжай и не объясняй) Я все понимаю)) Ты же тоже не просишь меня скинуть тебе номера арбитражных дел, которые я вел) Но давай условимся — если мы увидимся, то ты мне все про себя расскажешь) А я тебе — про себя)»

«Не „если“, а „когда“, мое синеокое сокровище!»

====== Глава 25 ======

Наступило первое августа. Назначенное на десять утра заседание началось почти с двухчасовой задержкой.

— Я приношу вам свои извинения, — сказала судья, — меня задержал председатель нашего суда, ничего не могла предпринять.

Денис и Алла переглянулись — обычно судьям не свойственна такая учтивость.

— Так, пожалуйста. Истец? Здесь, вижу адвокатов. Ответчик? Вижу адвокатов, спасибо. Опека пришла? Да, хорошо, вижу вас. Отлично. Вроде бы, все в сборе, — судья старалась не унывать, хотя по ней было видно, что она чем-то расстроена. — Итак! У нас в прошлый раз по просьбе истцов было отложено заседание.

— Да, Ваша честь, — поднимаясь с места, начала адвокат Олега Ведерникова. — Никак мы не могли присутствовать. Еще раз просим нас извинить. Мы там ходатайство заявить хотели…

— О проведении судебно-психологической экспертизы родителей? — вспомнила судья.

— Ну, точнее — отца. Мы хотим, чтобы эксперт нам подтвердил, что отец у нас адекватен, ну и объективно исследовать его отношение к ребенку, а также то, как мальчик к нему относится.

— Суд учтет ваше мнение по этим вопросам, — послышалась реплика судьи. — Мы спросим мнение остальных лиц, участвующих в деле. Но я не услышала от вас, почему именно в отношении отца экспертиза. Почему не в отношении матери в том числе.

— У матери есть свои адвокаты. Вот пусть они и заявляют. Я им юридическую помощь оказывать не намерена!

— Вот уж избавьте нас от такого удовольствия! — нашелся Денис, а потом поднялся с места и обратился к судье. — Уважаемый суд! Мы вообще возражаем против проведения экспертизы. Наша клиентка проживает на территории другого государства, и ей, конечно, будет сложнее сорваться с места и приехать в Москву на экспертизу. Я не вижу необходимости в экспертизе — для чего нам нужны специальные познания? Нет никаких оснований полагать, что кто-либо из родителей нуждается в экспертизе.

— Мы настаиваем, Ваша честь! — вскипятилась Бульбуляторша. — Мы в ходатайстве все подробно указали! Принесли заключение от школьного психолога, что мальчику свойственна замкнутость! А она его увезла в чужую страну! Как он относится к сожителю Палмери? Как сожитель относится к мальчику? В какой психологической обстановке он там проживает? Как без экспертизы можно?