Читаем Семь лет тишины (СИ) полностью

Пока они разговаривали, Рома нарезал круги в поисках укромного места. Они заехали на тихую, усаженную деревьями улицу и встали между стоящими у обочины грузовиками. Лил сильный дождь, на улице было темно и безлюдно. Рома убавил музыку и отстегнул ремень безопасности. У Дениса в груди бушевал огонь — все горело от предвкушения. Еще никогда в своей жизни он так сильно не хотел парня. Он неожиданно для себя потянулся к Роме и потерся подбородком о его плечо. Ощутив, как Рома приобнял его, Денис поднял голову выше и взглянул Роме в глаза. Рома снял очки, пристально посмотрел на Дениса и облизал губы. Денису подумалось, что если понятие секса и имеет материальную форму, то такой формой может быть только лицо Ромы в этот момент. Денис потянулся к Роме и поцеловал его. Это было сумасшедшее, феноменальное для Дениса ощущение… На вкус и ощупь мужские губы оказались совершенно не такие, как женские — они были более вкусными и более ощутимыми. Он почувствовал руку Ромы у себя на голове. Поцелуй затянулся, стал более глубоким и влажным. У Дениса была сильная эрекция. Правая его рука коснулась щеки Ромы, затем заскользила вниз по его груди, чувствуя через тонкую водолазку каждый сантиметр упругого тела. Он наткнулся на ремень, коснулся пальцами большой холодной пряжки и дотронулся до ширинки. Оторвавшись от губ Ромы, он еще раз посмотрел в красивые карие глаза — ему хотелось смотреть на них и на это лицо снова и снова. Рома тем временем, совсем не церемонясь, запустил руку под джинсы Дениса. «Оу… Как ты возбужден!» — улыбнувшись, шепнул он и стал расстегивать пуговицы на ширинке джинсов Дениса. Денис же дрожащими руками расстегивал ремень Ромы — пальцы словно не были подконтрольны своему хозяину. Денис впервые за долгие годы почувствовал в своей руке член парня. «Как будто и не было этих семи лет!» — говорило его подсознание. Рома немного приспустил свои джинсы, и Денис нагнулся и провел языком по члену. Он даже сам не понял, почему ему захотелось сделать именно так. Когда он наконец взял в рот головку, у него вырвалась смесь стона и выдоха — он почувствовал почти физическое удовольствие. Член Ромы был объемным — Денис старался открыть рот как можно шире. Высунув язык, как в гей-порно, он с силой насадился ртом на член, стараясь взять его в горло, и в какой-то момент ему даже показалось, что член проник довольно глубоко, но рефлекс заставил Дениса закашлять, и он машинально отстранился. «Умничка», — ласково сказал Рома, рукой заставив Дениса поднять голову и сесть обратно в кресло, после чего сам наклонился к члену Дениса. Денис сильно заволновался — его никогда не возбуждала мысль о том, что парень делает ему минет. Но как только он ощутил свой член во рту Ромы, волнение притупилось. Когда Рома поднялся, Денис провел рукой по его волосам и жадно поцеловал его, а потом вновь опустился к члену. Он старался взять его все глубже и глубже, хотя рвотный рефлекс то и дело словно сам выталкивал член изо рта Дениса. «Как же у Саши получается долго держать его так глубоко…» — удивился он. Денис чередовал рот и свою руку, двигая ей все энергичнее. «Подожди секунду», — Рома достал откуда-то пачку бумажных платочков. Пока Денис вытаскивал салфетку, Рома яростно мастурбировал. Почувствовав, что Рома сейчас кончит, Денис поднес свою руку с салфеткой к его члену, а сам целовал грудь Ромы через водолазку. Рома застонал и кончил. Спустя несколько секунд он выбросил мокрую салфетку в окно, достал новую — для Дениса — и тут же взял в руку член Дениса. Его движения стали резкими и быстрыми. Возбужденный до предела, Денис издалека почувствовал накатывающий оргазм. Рома буквально впился в его губы, еще сильнее нарастил темп, и Денис, содрогаясь, разрядился. «Какой умничка», — услышал Денис в момент оргазма, не понимая, звучат ли эти слова по-настоящему или же это просто звон в ушах.

— Добрый вечер! — шепнул ему Рома и поцеловал в щеку, когда Денис обмяк в кресле. Он бережно вытер член Дениса салфеткой и выбросил ее в окно. — Упс! Кажется, мы немножко испачкали тебе джинсы.

— Ничего, — едва слышно ответил Денис. Он чувствовал грусть. Впервые ему было грустно не потому, что он сожалел о случившемся, как в юности, а от того, что все это закончилось. Он не испытывал ни стыда, ни угрызений совести — только сладкую усталость и необъяснимую тягу к Роме. И грусть.

— Ну что, поедем обратно к метро? — предложил Рома.

— Ага, — ответил Денис, которому на самом деле нисколько не хотелось расставаться.

— Так. Теперь, раз уж мы с тобой так близко познакомились, — улыбнулся Рома, поворачивая руль, — расскажи мне немного о себе. Чем ты занимаешься?

— Я работаю в сфере финансов, — соврал Денис, сам не понимая, почему бы не сказать правду. — А ты в какой сфере работаешь?

— В юриспруденции.

«Твою ж мать! — прошипел про себя Денис. — Вот как теперь ему правду сказать, чтоб не выглядеть совсем уж идиотом?»

— И что же ты конкретно делаешь в финансах? Ну скажи же, что это финансовые махинации, умоляю тебя, — улыбнулся Рома.