Читаем Семь_я (СИ) полностью

Хаз ушла очень спешно и оставила Шаба наедине со своими собственными размышлениями. А его порой очень опасно оставлять в раздумьях, что уже было доказано не раз. Когда гул от шагов по коридору совсем затих, шум начался в его голове. Он прокручивал раз за разом короткий разговор между королём и лекарем, и его одолевала неистовая ярость. Король омерзителен, и у Шаба одна лишь мысль о том, что он собирается убить возлюбленную мать, вызывала гнев и презрение. Этому ничтожному человеку было всё равно, что это за ребёнок, но Шабу — нет. Потому что это был его ребёнок, и Шаб знал, что примет его таким, какой он есть: будь это хоть мальчик, хоть девочка, хоть чудовище. Даже несмотря на былую нелюбовь к девушкам и то, что детей у него никогда и в мыслях не было, Шаб был вдохновлён одним лишь осознанием, что это его плоть и кровь и плоть и кровь его возлюбленной Эдеи. А ведь их плоть и кровь общая, одна на двоих, значит и ребёнок в целых два раза роднее.

Шаб не хотел лишиться Эдеи. Не хотел, чтобы его будущий ребёнок был убит во дворце или отправлен на войну и убит уже там, как его старшие братья. В этом королевстве с этим правителем детей этой династии не ждало ничего, кроме нелепой неоправданной смерти. И Шаб уже давно осознал, что реальную власть имеет не его брат, равно как и покойные братья не имели ни единой её крупицы. За всем стоит этот несправедливый и так умело притворяющийся непричастным король. Шаб тоже умеет притворяться непричастным, но, когда ему что-то нужно, он идёт и импульсивно берёт это. Поэтому сейчас он, зная, что Хаз ушла по делам, пробрался в её небольшие фрейлинские покои.

У неё было совсем немного вещей, поэтому отыскать что-либо не составило бы труда. Шаб немного покопошился в комоде, где стояли всякие склянки, поискал под кроватью, найдя там лишь склад порванной ногтями Эдеи одежды. Наконец в деревянном полу он обнаружил крупную доску, что сдвигалась в сторону, открывая тайник. Под доской находилась сумка, с которой Хаз приехала в замок в тот день, когда Шаб совершил свой роковой поступок. Это действительно была та вещь, что заслуживала тщательного сокрытия, но Хаз не обеспечила ей должную сохранность. В сумке была охапка разных трав, несколько бинтов и мотков марли, мази, снадобья, крест и святая вода. А также несколько книг, среди которых Шаба интересовала лишь одна-единственная — «Ядовитые растения и грибы. Яды и их действие. Противоядия». Только противоядия Шабу были не нужны.

Он быстро прибрался, сунул книгу под руку и тихо покинул комнату, не оставляя ни единого следа своего в ней пребывания. Направился прочь, чтобы надеть плащ и, подобно Нилу, сбежать из замка. Только не в бордель, а в ближайший лес, где, как он знал не понаслышке, росло множество трав, среди которых принц точно смог бы отыскать то, что ему нужно. Шаб прежде никогда не интересовался подобным, хоть мысли и были. Он считал, что яды — оружие женщин, и, если придётся, лучше он сразит врага мечом, чем бабьими снадобьями. Но его враг был столь силён и влиятелен, что открыто выступить против него было бы равносильно мгновенной смерти, да и Шаб не обладал достаточной силой, чтобы дать отпор в равном бою, да и, на данный момент, довольной для этого смелостью. Но он умел читать, а ещё считать, чтобы высчитать нужные пропорции, и знал, где можно найти свежие травы в любую погоду. Со стены замка очень хорошо видно весь лес, где сидят птицы и ходят звери. Шаб раньше был очень наблюдателен — лишь недавно что-то одурманило его, что он уже и не замечал ничего вокруг. Но этого больше не повторится. Потому что скоро кое-что одурманит и короля. Причём он об этом даже и не узнает…

***

Хаз не знала, что Шаба порою очень опасно оставлять наедине с его раздумьями. У неё сейчас были другие заботы: внезапно Сейла попросила прийти. Сказала только, что Шейну нужна помощь. Когда она это говорила, у неё было такое испуганное и жалостливое лицо, что Хаз стало не по себе. Дело обещало быть серьёзным.

Шейн и Сейла оба были в покоях принцессы, когда Хаз вошла после стука. Она, как обычно, поклонилась и сразу же перешла к делу:

— Чем я могу Вам помочь? Что от меня требуется?

Сейла перевела взгляд на брата, зная, что только он сам может поведать о своей проблеме. Хаз закрыла двери на защёлку и подошла ближе. Обычно о проблемах тяжело говорить, когда есть шанс, что их может услышать посторонний. Особенно тяжело это было для Шейна. Сколько себя помнил, он не признавал своих собственных слабостей и старался казаться сильным несмотря ни на что. Но сейчас его любящая младшая сестра, с которой они претерпели сотни ссор, споров и разногласий, несмотря ни на что сжимала свою тёплую руку на его плече и старалась поддержать и помочь, чем может. И хоть Шейн и не доверял не пойми откуда взявшейся травнице, но он верил Сейле, по крайней мере, в эту тяжёлую для него минуту перед откровением. И знал, что не доверяет никому так же сильно, как и ей.