Читаем Семь_я (СИ) полностью

Он слушал с ужасом и понимал, что сам виновен в этом. Хотел бы он убедить её, что возьмёт её в замок в случае чего и ни за что не позволит остаться без крова. Но не мог этого сказать, не мог выдать, кто он и откуда. И не мог быть уверен в том, что его слова будут верны. Нилу самому не позволено выбираться, а уж привести кого-то в замок… Король ни за что ему этого не позволит. А если и позволит, то только по своим личным причинам, а это гораздо, гораздо хуже! Это всё из-за него. Бордель на грани закрытия из-за ненужных и глупых правил глупого короля. И потому, смотря на преисполненное боли и сожаления лицо Стеллы, Нил сейчас столь беспомощен.

— Прости, прости меня, прошу, — он в отчаянии падает ей в ноги, — что я подверг вас опасности.

— Поднимись! — воскликнула она, опускаясь к нему. — Негоже благородному падшей в ноги бросаться! — он послушался и встал, возвышаясь над ней. Но когда подал руку, она выставила свою с отказом. — Я всё понимаю. Пускай пока что ничего ещё не решено… Но я уже думала над будущим этого места и нас с тобой. И поняла, что его просто нет. Не столько потому, что за тобой всюду следует стража. А потому что я — хозяйка борделя, а ты - всего лишь его посетитель. И эту грань переходить запрещено.

Нил выглядел обескураженным. Стелла встала без его помощи и отряхнула сорочку, но к мокрой ткани всё равно пристала грязь. Она глубоко вздохнула и перевела взгляд на парня, желая посмотреть на его разочарование. Надеялась, что открыла ему глаза. И, в первую очередь, самой себе.

— «Всего лишь?» — переспросил он. — Но мы ведь были столь близки. Я думал, ты любишь меня.

— Не смеши меня, — ответила она, сжав пальцы в кулак. — Ты молод и наивен. Мы шлюхи. Мы не любим, а зарабатываем. А ты настоящий ущерб для моего бизнеса.

Он и так выглядел, будто вот-вот расплачется, и ей самой хотелось истерически смеяться. Она любила дарить наслаждение, а не боль. Но иначе он бы не стал её слушать. Слишком упёртый и настойчивый был клиент. Она нарушила свои же правила и должна была за это поплатиться. А у этого молодого господина ещё вся жизнь впереди, и он может достигнуть высот, если ему позволит его статус. Не нужно ему якшаться с такими, как она. Пусть берётся за голову. И ей тоже нужно, потому что с бизнесом совсем туго стало. И придётся закрываться довольно скоро. Но если он будет продолжать терять голову, приходить каждый день под двери закрытого борделя и ждать её, как верный пёс, Стелла этого не выдержит. И потому она, скрепя сердцем, бросает последнее и добивающее:

— Не приходи больше сюда никогда. Если придёшь, я лично вылью на тебя ведро ледяной воды и выгоню отсюда. Если придёшь снова, я прикажу бросать в тебя камни. И если даже это тебя не остановит… Я причиню тебе такую боль, которой ты в жизни не испытывал. А теперь уходи прочь.

На его лице были горечь и непонимание. Стелла действительно бросила в него подушкой, и он увернулся. Пытался воспротивиться и возразить, но она бросала снова и снова. В его памяти возник знакомый образ, и он остановился. Неужели и тут он вынужден терпеть такое отношение? Неужели он действительно натворил нечто столь ужасное, что заслуживает такого обращения? Со злостью и разочарованием на лице он выбежал из комнаты, оставив Стеллу отдышаться. Она засмеялась от того, что ей наконец удалось его выгнать. А потом рухнула на свою кровать и тихо завыла в подушку.

***

Комната для семейных собраний сегодня пустовала. Явиться не пожелал никто, кроме Шейна. Даже Сейла не пришла, хоть и любит приходить, куда не звали. Раньше Шейну в ней это даже нравилось. Но ныне стало раздражать, и он знал, что всё дело в нём самом. Король по обычаю во все комнаты входил без стука и нарушил тишину своими шагами.

— Вы хотели меня видеть, Ваше Величество? — почему-то у Шейна сердце в пятки ушло.

Он почувствовал себя юнцом, у которого пробуют отобрать игрушку. Его настораживало внезапное желание обычно безразличного отца обсудить дела насущные. Шейн подозревал, что его и так временному месту на троне угрожает неминуемая опасность.

— Да, я хотел обсудить южный вопрос. Как обстоят дела, мы побеждаем?

— Нет, боюсь, сейчас это невозможно — он сглотнул, опуская голову. — Но, если увеличить численность нашей армии, победа будет у нас в кармане! Нужно лишь уговорить Сейлу выйти замуж за того лорда…

— Кронпринц, ты слышал себя? — король вскинул седые брови. — Чтобы ещё и уговаривать? Ты так говоришь, как будто будущее нашей страны зависит от женщины. А ты тогда на что нужен? Ничего без сестры не можешь?

— При всём уважении, — напряжённо сглотнул он, — я один сделал больше, чем до этого все мои братья вместе взятые.

— Ты так считаешь? — процедил король. — Ты всего лишь замена, мальчик. Ты сидишь в этой заплесневелой конуре, пока воины льют свою кровь, таскаешься за сестрой и не можешь заручиться поддержкой хоть кого-нибудь, пока южане всё ближе и ближе подступают к нашим границам, разоряя наши земли.