Читаем Семь_я (СИ) полностью

Шаги Шаба гулко отдавались по коридору. Ему был приятен этот знакомый звук вместо той адской тюремной капели. Он направлялся к Эдее и подыскивал слова для объяснения. Но какого? Как он мог извиниться за то, что по глупости, злости и неосторожности разбил этот треклятый витраж, посмев причинить матери боль. Это было низко для него. Он знал, что был тогда неправ, но признать это вслух было для Шаба мучительно и практически невозможно. Хотя есть ли разница, если мать, скорее всего, даже не станет его слушать? Может быть, она даже и не вспомнит о случившемся?..

Он в нерешительности остановился перед дверью в покои Эдеи прежде, чем постучать. Всего на мгновение в памяти всплыли слова Хаз: «Когда к тебе против воли прикасается тот, кого ненавидишь, хочется умереть». Почему именно эти слова и почему именно сейчас? В голове промелькнула мысль…

«Нет, — подумал Шаб, — вздор», — он сразу же откинул её прочь и постучал в двери. Не расслышав ответа, он распахнул их. Вот только комната была пуста.

«Но мы ведь полдня просидели в темнице. Ужель до сих пор она не в себе?» — сглотнул Шаб. Потрясение от звука разбитых стёкол и вида крови было настолько сильным? Шаб сжал руку в кулак, коря себя за гнев и неразумность. Нет, наверняка здесь было что-то другое, не мог же он сотворить всё это. Что-то другое… Но что? Нужно было выяснить.

========== 6. Друг ==========

Комментарий к 6. Друг

****Немного нервно - Что-то не то (как и арт, относится больше к концу главы)

Послушать песни, найти плейлист и арты можно в группе: https://vk.com/pub_fire_m

Она смотрела в окно, не отводя взгляда. Дорога вилась перед глазами, вот уже несколько лет по ней блуждали незнакомцы, но редко ступали те, кто был важен. Потом они стали приходить чаще. Чаще и чаще. А потом снова редко. И этот переход от «часто» к «редко» выдержать было труднее всего.

Стелла даже выходила на улицу, хотя ей это было не обязательно делать. Она должна была смотреть за борделем изнутри и не высовываться наружу, ко всем этим любопытным и осуждающим взглядам. Но она выходила на большую тропу, укрывалась в бежевые накидки и смотрела вдаль, в сторону, откуда он всегда приходит. Всегда, но не сегодня. И даже не вчера.

Она горько улыбалась, пытаясь вспомнить момент, с которого она стала столь жалкой. Он пришёл вместе с Нилом — этим таинственным юношей намного младше неё. Казалось бы, Стелла, как никто другой, должна была знать, что находить среди клиентов фаворитов нельзя, потому что это ни для кого не кончается добром. Знала, но всё же допустила эту печальную оплошность. А теперь вот — посмотрите на неё. Она действительно ждёт его, словно беспризорная собачка. Почему он выбрал её в тот день? Почему он уже два дня не возвращается, хотя до того не пропускал ни дня? Из-за неё ли? Другие падшие женщины делают ставки, вернётся ли он вообще или хозяйка навсегда приглушила все его желания. А она ждёт его и надеется, что всё-таки для неё ещё не всё кончено. А вдруг она его чем-то обидела или обделила в прошлый раз? И его сестра казалась очень злой и могла как-то заставить его не уходить из дома. Что, если он, в конце концов, больше никогда не придёт?

Стелла сильно закашлялась. На улице в последнее время действительно похолодало. С севера идут морозы, а она стоит в лёгких одеждах и дожидается не пойми чего. Он больше никогда не придёт? Что ж, это даже к лучшему. Стелла отворачивается, заходит обратно в своё укромное заведение и надёжно закрывает двери, чтобы сегодня больше никто не вошёл. Каждому временами нужен отдых.

***

Шейн был гордым, поэтому не звал Сейлу. Не звал к себе, не пересекался с ней в замке и потому не обмолвился ни единым словом с ней с тех пор, как она оскорбила его своей несносной выходкой. Он знал, что девушка она сообразительная и честная, а потому явится к нему сама. Не стерпит такого долгого молчания и игнорирования. И она вернулась, вошла в его комнату без стука и закрыла двери, чтобы никто и ничего не слышал. Это Шейна радовало, но вот её молчание - огорчало. Она стояла перед ним сама не своя, опустив глаза в пол, боясь начать разговор, потому что знала, что по головке гладить её никто не будет. Но на лице её не было чувства вины, лишь покорность. Сейла желала поскорее покончить с этим, а потом пойти и решить, как расправиться с обидчиком-королём. Только она не имела понятия, что именно с этим делать.

— Итак, ты нарушила мой приказ, — вздохнул Шейн, встав из-за стола.

— Какой такой приказ? — она притворилась глупой.

— Тебе не стоило вмешиваться в мои дела и освобождать моих пленников, ясно?

— С каких пор это лишь твои дела? — она с негодованием подняла глаза. — Я думала, нас рожала одна мать. Или мы с тобой дети разных отцов? Почему ты считаешь, что это не моё дело? Почему ты считаешь, что, в конце концов, можешь отдавать глупые приказы и пленить… своего же брата?

— Почему ты считаешь, что можешь мне перечить и диктовать свои условия? — парировал Шейн сквозь зубы, заставляя девушку заткнуться. — Я будущий король, если память тебя подводит. Так почему ты защищаешь его?