Читаем Семь грехов. Эдем полностью

– Друзья, я был бы готов всех вас благодарить днями напролет за все ваши вклады в защиту Бастиона свободы, но у нас мало времени, – намекнул Зейшаб. – Лучше скажите, видится ли вам возможным союз с представителями Уныния?

– А вот с ними наладить связь будет проще, – взяла инициативу Неамара. – У нас есть предложение, от которого они не смогут отказаться.

– Дом… – произнес Америус, предвосхищая ее слова.

– Верно, – кивнула демонесса. – У них нет собственного клочка земли. Безопасного клочка. Мы в силах его предложить. Это хороший крючок. Они смогут жить среди нас, покончив раз и навсегда с кочевым образом жизни.

– Остается каким-то образом выйти на Хелин, – сказал маг, почесывая в раздумьях подбородок.

– В свое время я пыталась ее найти, но так и не смогла, – призналась Неамара.

– С этим я тоже постараюсь разобраться, – произнес Деос.

– Нет, предоставьте это мне, – голос принадлежал Иандаэлю, который до этого не участвовал в обсуждении. Те из сидевших за столом, кто мог видеть и слышать Иандаэля, обернулись.

– Что скажете о Гневе? – спросил у собравшихся Зейшаб, вовремя отвлекший их от серафима.

– Ох, чувствую, вот тут точно можно хорошо обжечься! – Деос выдавил ироничный смешок. – Но у нас есть мудрый Кимар, вероятно, подсобит по старой дружбе, замолвит перед Боругом за нас словечко.

– Тем более быки не упустят возможности в сотый раз поквитаться с Гордыней, – впервые Америус проявил солидарность с чертом.

– А Зависть? – вспомнила о последнем неупомянутом грехе Неамара. – Ведь у них тоже давняя вражда с нами.

Змеи горгоны протестующе зашипели, но сама колдунья продолжала держать язык за зубами.

– Шива, – менторским тоном произнес Зейшаб, – пришло время, когда нашему народу пора сплотиться. И это наш шанс заявить наконец о своих правах, которые у нас отняли почти с самого нашего возникновения.

– Мы защищаем интересы Бастиона, а не народа, – сухо процедила она, впервые заговорив.

– Мы защищаем интересы и отстаиваем свободу всех грехов, – ответил ей лидер повстанцев. Увидев, что Шива выражает свое несогласие, шипя себе что-то под нос, Зейшаб добавил: – Зайди ко мне сегодня вечером, надо переговорить.

Неамара наблюдала, как после каждого произнесенного им слова непоколебимая горгона становилась все мягче и податливее. Для нее он был словно укротитель змей, гипнотически играющий на дудке. Демонесса не отрицала, что его низкие шипящие вибрации в голосе обладали неким магнетизмом, но на нее они не оказывали никакого влияния.

– Тогда все свободны, – поднимаясь, произнес Зейшаб. – План намечен, начинайте с Черных вдов, а там посмотрим. Хорошо отдохните перед завтрашним днем.

Все члены совета проследовали к выходу. Дверь отворилась с подачи Зейшаба. Они вышли в длинный коридор со сводчатым потолком. У прохода, освещенного свисающими с потолка железными фонарями, имелось два ответвления. Заседавшие свернули влево, снаружи их встретила привычная яркая вспышка молнии, обернувшаяся громовым рычанием.

– Все не могу свыкнуться, что Бастион свободы не какое-то там облезлое поселение на отшибе, а, черт возьми, целое королевство в Костяных хребтах, – спускаясь по лестнице, поделился Деос. – Тот еще, конечно, муравейник, внутри которого мы и смотримся как крохотная колония насекомых.

– Я удивилась ничуть не меньше твоего, когда увидела это впервые, – призналась демонесса.

– И как угораздило чтимую всеми баронессу Дома Мерсерус примкнуть к революционерам, тоже ума не приложу! – воскликнул черт.

– Так сложились обстоятельства… – расплывчато ответила Неамара.

– Что ж, расскажешь об этом подробнее немного позже? – предложил Вестник, в чьем голосе проявилось неприкрытое любопытство. Спустившись, Деос остановился в сторонке от лестницы. – Может, после всех дел устроим теплые посиделки, как в былые времена? Выпьем за наше неожиданное воссоединение.

– Я не против, – согласилась демонесса. – Только ненадолго, нужно еще подготовиться к нашему следующему походу.

– И вы тоже, светлый господин, присоединяйтесь, – обратился к их новому компаньону информатор.

Ангел кивнул, проявляя сдержанное, но искреннее дружелюбие.

– Иандаэль, кстати, хотел предложить вам… то есть тебе пожить у меня. Условия, конечно, не совсем соответствующие твоему уровню, но лучше, чем у многих в Бастионе, – проговорил темный маг с подчеркнутой любезностью.

– Америус, я совсем не привередлив, как ты наверняка полагаешь. Не надо передо мной оправдываться. И благодарю за твое щедрое предложение, которое я с радостью принимаю, – серафим наклонил голову, выражая свою признательность.

– Отлично, раз святоши объединились, значит, я могу поселиться у Неамары, – обрадовался черт, сверкнув зубами. – Спасибо, мой эльфийский друг! Ты, как всегда, на высоте!

– Не обнадеживайся, – ворчливым голосом поспешил его расстроить Америус. – Тебе уже присмотрен угол, куда сейчас тебя и проводит Шива.

– Угол, значит? Надеюсь, хоть мой личный, – произнес Деос уже не так воодушевленно.

Неожиданно из ниоткуда появился ворон.