Читаем Семь грехов. Эдем полностью

Несмотря на опасения Америуса, Деос не подвел команду. Отряд беспрепятственно выбрался из стоков там, где он и обещал. Многоголосье, ранее встретившее воинов, поутихло. Беспощадная болезнь забирала свое. Зараженные пополнили непобедимое войско трепонемы. Пятеро бойцов оставили позади оккупированный ею Френзис и направились на поиски смутно представляемого ими дерева. Его образ, пришедший Шиве, был единственной зацепкой. От гнилой рощи, которую они все прекрасно помнили, уже мало что осталось. Теперь это был организм, в котором деревья приспособились и стали соединительной тканью и сухожилиями. Местность пестрила всеми оттенками красного. Земля была усеяна воспаленными буграми, кровь приливала к большим скоплениям гнойных наростов, пахших мертвечиной. Помимо внешних трансформаций, Вестник заметил, что изменились и отношения между его спутниками:

– Я чувствую некое напряжение в нашем устоявшемся коллективе. Сказал бы даже, ощущаю накал страстей.

– Ошибаешься, – опровергла его подозрения Неамара. – С Шивой нам больше нечего делить.

– О н-е-е-е-е-т, я не о том. Это напряжение меня даже радует. Раздор произошел между вами, госпожа, и всезнайкой.

Америус изменился в лице, что не ускользнуло от Деоса:

– И я отвечу на твой удивленный взгляд, который так и вопрошает: как же этот черт мог догадаться?! Да вот так! Первое – это опыт. Чуйка сыщика. Безошибочное считывание эмоций. А второе – это то, что бросится в глаза даже самому невнимательному, – красное пятно на твоей бледной покойницкой щеке. А дальше строим предположения. Будь это Шива, то от твоей щеки ничего бы не осталось. Ее бы разъело от яда либо срезало лезвием тахшема. Возвышенный, ясное дело, такое бы делать не стал. Напрашивается вывод: в появлении пятна виновна баронесса. А если проще, то это самая обычная пощечина, кои я регулярно получал от обиженных дев.

– Ты в своем репертуаре… – утомленно взвыл маг. – Для чего нужна была такая долгая подводка? Подожди, отвечу. Посмаковать.

– Неплохо, делаешь успехи, – нарочито ласково улыбнулся Вестник. – Такое приятное событие не терпит быстрого перехода к основной мысли. Теперь мне проще налаживать мосты. Наконец Доврэ Саэп разрушился, не совладав с крутыми гордынскими волнами. Мой черед их оседлать.

– Я бы с удовольствием размазал твое лицо, но это в скором времени и так сделает блудная язва, – процедил сквозь зубы заведенный эльф.

– А это было даже обидно. – Деос придал трагичное выражение своей физиономии. – Я бы хотел посмотреть, как твои ручонки, привыкшие опираться на палку, будут сотрясать воздух. Ты сошел с дистанции, маг. И она будет моей. Отдал просто так победу, бесхребетный червь.

– Нет, все-таки я должен успеть хоть раз врезать до того, как тебя приберет земля! – сказал Америус и двинулся на черта со сжатыми кулаками.

Деос с ухмылкой на лице остановился, готовый дать бой магу. Но в чью пользу обернулась бы драка, так и не выяснилось. Перед конфликтующими появилась преграда: полупрозрачное поле, мерцающее золотом и твердое, как закаленное стекло. Эльф врезался лбом в него и отлетел назад с воплем:

– Ай! Жжет!

Шива, изрядно уставшая от глупых выходок соратников, напряглась. Демонесса гадала: «С чего это вдруг Америуса начали провоцировать подобные выкрутасы Деоса?» Заслон порхнул вниз и сузился до ширины лески. Ангел намотал на руку божественную нить, превратил ее в нимб и вернул его на место над своей головой.

– Еще одно красное пятно! Тут бы я уже не догадался о его происхождении, – с победоносной улыбкой воскликнул Деос, любуясь ожогом некроманта.

– Друзья мои, не время для склок! – громогласно воззвал ангел. – Враг ликует, когда в наших рядах раздор. Хаос от этого полнится.

– Если хаос и полнится, то от комичности этой ситуации, – продолжал глумиться Деос.

– Вы, видимо, совсем забылись! – подключилась Неамара. – С чего это вы вообще решили, что оба меня волнуете? Хватит позорить себя и меня. Иандаэль здесь точно не для того, чтобы разнимать вас.

Америус виновато сгорбился, залечивая обожженный участок кожи и пытаясь заодно убрать след от руки. Краснота со щеки так и не сошла, оставив напоминание о стычке с Неамарой. Посох, к несчастью, избавлял лишь от физической боли. С душевной маг всегда был вынужден справляться сам.

– Занятный ободок, – информатор ткнул пальцем в сторону нимба. – Он может принимать любую форму?

– Может, – ответил представитель Смирения.

– И этим оружием у вас владеют все? – продолжил допрос Вестник.

– Не все.

Вопросы черта не доставляли ангелу удовольствия. Деос это почувствовал и заткнулся.