Читаем Семь грехов полностью

– Моя первая в списке жертва. Это даже больше, чем просто месть. Это и личные счеты, и расплата за загубленные судьбы… Тот работорговец, которого я убила, был замешан в этом не напрямую, а Зиртуаш стала причиной моей мести всем.

– Что же произошло между вами?

– Между нами ничего. Она была из моего племени. В тот день нас назначили охотницами. Зиртуаш пошла своим путем, я своим. Пока я проверяла ловушки, мое тело вдруг ослабло. Я почувствовала опасность, надвигающуюся на племя. Но я была слишком далеко. Когда я вернулась, большая часть моих соплеменников была мертва. Других, послабее, захватили и заковали в цепи. Командующий работорговцами черт держал за запястье Зиртуаш. Та, похоже, покорно наблюдала, как бьют наших. А потом… Фраза работорговца расставила все на свои места: «Ты молодец, девка, не соврала о поселении. Тебя определим в хорошее место». Меня накрыла ярость. Я побежала на работорговцев, утопив нескольких в ядовитом облаке. А потом… все как в тумане. Я очнулась уже закованной в цепи с оставшимися сородичами. Раненые, мы волочились за тем мерзким чертом и нашей дорогой Зиртуаш, которая была свободна от кандалов и плети, подгонявшей нас всю дорогу до Френзиса. Я поклялась отомстить ей за всех, кто страдал и до сих пор страдает по ее вине.

Повисла гробовая тишина. Неамара переваривала рассказ горгоны, а колдунья молчала, так как добавить к сказанному было нечего.

– Прошлое стоит принять, каким бы тяжким оно ни было. Сделай выводы, меняйся, если это необходимо. Но не беги от него, – сказала демонесса. – Иначе если не пески, то что-то другое напомнит тебе о нем и раздавит под весом горьких воспоминаний. Месть или принятие – решать только тебе. Но любое решение поставит точку в затянувшейся войне с прошлым. Что ж, я пойду. Подумай об этом на досуге, Фурия. – Неамара направилась внутрь палаточного лагеря.

– Шива.

Огненная воительница обернулась.

– Что? – переспросила она.

– Шива, – повторила горгона. – Меня зовут Шива.

– Это уже начало…

* * *

Бессонная ночь продолжалась. Почти закончив первый круг патрулирования, Неамара задержалась в северной точке лагеря, где за далекими барханами проглядывался целый призрачный город, особенно крупный и густо застроенный конусной архитектурой. Разгулявшийся ветер бросал песчаные волны на фантомные фигуры.

– Невероятный вид, правда? – проговорил Америус, неожиданно подошедший сзади.

– Согласна, – не поворачиваясь, ответила демонесса.

– Смотришь на эти иллюзорные замки и не знаешь, почему они появились. Дух захватывает.

– Можешь узнать мнение Хелин по этому поводу. У нее есть довольно интересная версия.

– Боюсь, все версии будут ошибочными. Мы до сих пор не можем объяснить даже, казалось бы, обыденные вещи. Что же говорить о замыслах Всевышнего.

Маг и воительница вновь засмотрелись на замки. Но безмолвное созерцание было снова прервано комментарием эльфа:

– Эти представители Уныния совсем обессилели, но продолжают бороться. До сих пор удивляюсь их воле. Должно быть, так они идут наперекор своему существу. Мы же все глубже закапываемся в собственные пороки, умножая разнообразные блага. Обрекаем себя на вечную жизнь в изобилии… несчастном изобилии.

– По-твоему, изобилие – это несчастье? – задумалась демонесса, сравнивая жизненные условия двух народов.

– Ты видела среди Алчности хоть одно счастливое лицо? – Америус обернулся к ней, ожидая ответа.

– Не припомню.

– Вот-вот… – ухмыльнулся некромант и отвлекся на заледеневшие руки, которые колол обжигающий морозом песок. Ненадолго спрятав их в длинную утепленную накидку, он зашелестел чем-то внутри.

– У меня кое-что для тебя есть, – маг достал продолговатую коробочку. Чуть приоткрыв ее, он помедлил. – Когда мы были в Тельвейс-Ан-Тире, я вспомнил об одной удивительной лавке. Раньше я туда часто захаживал полюбоваться на необычные предметы и никогда не мог уйти с пустыми руками. Как же я боролся с желанием унести с прилавков все! – Вспомнив, что отклоняется от главной мысли, он открыл узорчатую коробочку и передал ее Неамаре: – Это нелизгит. Редкий камень, который добывается во владениях Гнева.

Демонесса смотрела на драгоценность, не в силах оторвать взгляд:

– Он как будто светится.

– В этом его особенность. Дело в сердцевине камня. Она действительно обладает легким свечением, словно внутри сокрыта огненная искра. Взглянув на него, я понял, что этот камень олицетворяет тебя: золотая оправа с живым пылающим сердцем. И как он схож с твоим цветом глаз! Нелизгит еще называют светлячком, – Америус незаметно наблюдал за демонессой. – Он должен быть твоим.

Неамара потрогала янтарный камень, а затем пробежала пальцами по изящной цепочке, на которой он висел.

– Ты не возражаешь? – темный маг потянулся руками к ожерелью.